Дорогой Господь, если ты меня слышишь, дай мне силы не влюбиться в него.

Глава 15

Холли и Пьер

Холли

— Бронвин, — начинаю я, пока сервирую стол для ужина.

— Да, — говорит она, ставит салат на обеденный стол и поворачивается, чтобы достать лазанью, которую я приготовила.

— Эм-м, — мой голос слегка хрипит, нервы зашкаливают, а руки потеют.

— Что такое? Ты в порядке? — заботливо спрашивает она и садится за стол рядом со мной.

— Да, просто… — Говори же, Холли. — Не могла бы ты присмотреть за Эммой во вторник вечером?

— Работа, дорогая? — я улавливаю веселость в ее голосе. Думаю, она знает и наслаждается тем, что мучит меня.

— Не совсем.

— О, это связанное с работой событие? — дожимает она, заставляя меня рассказать ей.

— Э-э-э, ну, не в этом дело. — Давай, будь взрослой. — Хм, ну, вроде как, Пьер пригласил меня на свидание, что-то в этом роде.

Я чувствую, как мое лицо меняет цвет от розового до алого. Почему это так неловко?

— Правда?

— Не совсем.

— Хорошо, он сделал это или не сделал? Тут не слишком много вариантов.

Я делаю огромный вдох, пытаясь успокоить расшатанные нервы. Что Бронвин обо мне подумает? Не слишком ли рано даже рассматривать вариант свиданий? Прошло всего полтора года. Что, если это слишком рано? Что, если Бронвин подумает, что я никогда не любила Стефана?

— Я пригласила его, чтобы отблагодарить за помощь, когда на меня напали, и прежде чем поняла это, он перевернул все и сказал мне, что это он готовит мне ужин, — я делаю паузу, встаю и отодвигаю стул, отчего тот с грохотом падает. Поднимаю руки, чтобы закрыть лицо. — Не слишком ли рано? То, что я делаю — неправильно?

Я слышу скрип стула Бронвин по кафелю и чувствую ее руку на своей спине.

— Если это ощущается неправильно, то, видимо, это так. Но если правильно, тогда действуй. Ничто не заставит меня плохо подумать о тебе, и, как я уже говорила, ты должна начать снова жить. Ты потрясающая мама, и Эмма прекрасно себя чувствует. Удели время себе. Просто посмотри, куда это приведет.

Медленно подняв голову, я вижу счастье на ее лице. Ее морщинки от смеха заметны, но только потому, что она улыбается. Она заботливая и красивая, и была моей спасительницей. Я наклоняюсь и обнимаю ее так долго, как только могу.

— Можно и мне обнимашки? — спрашивает Эмма, когда выходит к нам в пижаме.

— Я не знаю, — говорю я, подмигивая ей. Слеза скатывается, и я вытираю ее, прежде чем моей наблюдательной семилетке выпадет шанс заметить ее.

— Почему ты плачешь?

Слишком поздно.

— Потому что я счастлива.

— Я тоже счастлива. А чему ты радуешься? — она прижимается под моей рукой своим маленьким тельцем ко мне.

— Потому что у меня самая лучшая семья в мире.

— У меня тоже! — она кричит от радости.

Мы проводим некоторое время, обнимаясь, пока своим ангельским маленьким личиком она оставляет сентиментальные поцелуи на мне.

— Ужинать, — говорит Бронвин, и мы садимся и наслаждаемся нашей едой.

Пьер

— Я решил прислушаться к тебе, Ева. Надеюсь, ты не возражаешь, но я пригласил Холли сюда на ужин.

Я распахиваю шторы в гостиной и позволяю свету проникнуть внутрь. Открываю стеклянные двери, и свежий воздух устремляется в комнату, а я стою и решаю, что же мне нужно сделать.