— Чем могу служить? — спросил он.

— Словом хочу с тобой перемолвиться, — сказал Касым, восхищаясь собой. — Если ты уже закончил.

— Конечно, — согласился рассказчик и покорно спрыгнул с помоста на землю. — Только знай, что я маула. Мое имя Зилл. Дядя дал мне полную свободу.

— Но ты еще мальчишка, правда?

— Вечный, — рассмеялся Зилл, поставивший перед собой непосильную задачу угождать всем и каждому.

— Впрочем, видно, у тебя хорошая память, раз помнишь столько всяких баек. Много платят? — Касым многозначительно взглянул на почти пустую корзинку Зилла.

— Я не ради денег рассказываю.

— Просто в толпе толчешься? Народ зазываешь? Твой дядя то же самое делает.

— Значит, ты моего дядю знаешь?

— С тех пор как ты еще на свет не родился.

— Такой человек заслуживает уважения.

— В самом деле не помнишь меня? — обиженно переспросил Касым.

— У меня действительно хорошая память, только не на лица.

— Ты не раз мне прислуживал в дядином доме, — соврал Касым, — и утверждаешь, что совсем не помнишь?

Зилл попытался собрать немногочисленные воспоминания о периоде службы.

— К сожалению, в доме дяди бывало очень много народу. Впрочем, удивительно, что я не могу припомнить столь примечательного мужчину.

Таук рассмеялся, хотя Зилл говорил без малейшей иронии.

— Ну и ладно, — отрезал Касым. — Потому что я тоже не помню твою свиную задницу. — И с этой минуты начал держаться с необычной даже для себя враждебностью.

— Чем могу служить? — вновь спросил Зилл, до сих пор не догадываясь, к чему клонится дело, но и не позволяя себя запугивать.

Выпучив на него левый бычий глаз, Маруф выпалил типичный для себя вопрос — ни к селу ни к городу:

— Ты кастрат?

— Тише, — рявкнул Касым.

— Да нет, все в порядке — Зилл сочувственно посмотрел на Маруфа — Ты что-то сказал, друг мой? На рынке шумно, плохо слышно.

— Ты кастрат? — повторил Маруф, слышавший где-то, будто нубийцы бесплодны, как мулы.

— Надеюсь, что нет, — рассмеялся Зилл. — Мир полон чудес, хорошо б в нем оставить потомков.

— Не сердись на Маруфа, — в паузе вставил Юсуф. — Такой уж он есть. — И добавил в объяснение: — Нас твой дядя прислал. Хочет, чтоб ты с нами в Африку плыл.

— Что, никогда об этом не слышал? — раздраженно спросил Касым.

— Так вы моряки? — удивился Зилл.

— Конечно, моряки. Никогда не слышал?

— Никогда, — покачал головой юноша. — Ну, серьезных разговоров не было…

— Не поверю, — сказал Касым. — Даже не догадывался?

— Было дело, — признался Зилл. — Как-то мы обсуждали с дядей такую возможность. Только речь шла об Индиях. Он, наверное, неправильно меня понял.

— Никогда не рассказывал тебе про кофа?

— Про кофа? — переспросил Зилл и сразу все понял. — Стало быть, дело в кофа? Которым заинтересовался мой дядя?

— Значит, слышал?

— Я его постоянно пью, чтобы день был длиннее.

— Вот зачем мы отправляемся в Африку, — объявил Касым, — за кофа. Чтобы у толстозадых олухов вроде тебя день стал длиннее.