– Ваши шпоры… Неважно, что вы скажете. Мне они кажутся шелковыми.

Непроизвольная дрожь сотрясла ее тело.

– Стоит ли? – хрипло спросила она. – А вдруг они окажутся просто серебряными?

Он подогнал лошадь вплотную.

– Стоит. Хотя бы одну для начала.

Загипнотизированная словами Тора, лихорадочным блеском его глаз, его близостью, она не сводила с юноши взгляда.

– Не будь вы моим заложником…

Как только с губ девушки слетело это слово, она поняла, что все испортила. Тор отвернулся.

– Значит, вам от меня нужны только деньги?

Хармони кивнула. Она не могла позволить себе слабость. От этого зависело будущее девочек.

– Я ошибся, – бросил он и послал лошадь в галоп.

Однако Хармони не составило труда нагнать его. С чего это он расстроился? Что пришло ему в голову? Может быть, то же, что и ей? Нет. Она не может позволить себе увлечься. Ей нужны деньги. Вот и все.

Он бросил на девушку короткий взгляд и придержал лошадь.

– Значит, вы думаете, что можете обойтись без мужчины?

– Я не думаю, я знаю.

– И у вас никогда не было ни семьи, ни друзей?

– Мать умерла, когда мне исполнилось тринадцать лет.

– А как же отец?

Ответом ему был хмурый взгляд.

– Будем считать, что его не было вообще.

Упоминание об отце неизменно вызывало у нее боль.

Отец был обязан любить их. Разве избиения и убийство имеют какое-нибудь отношение к любви? Нет! Она не могла поверить, что этот мужчина любил их обеих. Неужели только такая любовь возможна между полами?

– Значит, в тринадцать лет вы осиротели? – В его голосе послышалось сочувствие. – Как же это случилось?

– Это неважно.

– Для меня важно.

– Мы на Западе. Здесь ни у кого нет прошлого.

– Верно. Но согласитесь, «Банда бешеных малолеток» возбуждает любопытство.

– Какого черта вы суете нос, куда не просят?

Не желает она говорить ни о своем прошлом, ни о прошлом девочек! Что он знает о боли и потерях? Вдали показалась окраина Лас-Крусес, и она подхлестнула лошадь. Он не отставал ни на шаг.

– Нам с вами не о чем говорить, кроме того, когда и как получить деньги…

Пока не поздно, следует поставить его на место.

– До чем тут долго говорить? – отрубил он. – Пойду на почту, отошлю телеграмму в Новый Орлеан и попрошу переслать деньги в местный банк.

– Вы кое о чем забыли.

– О чем?

– Я не отойду от вас ни на шаг. Если попытаетесь позвать на помощь, я пристрелю вас. – Обернувшись, она уперлась в юношу взглядом агатовых глаз. – Мне терять нечего. Понимаете, какая опасность вам грозит?

Тор внимательно посмотрел на девушку:

– О, да, вы опасны. Особенно для меня. И дело совсем не в пистолете.

У нее перехватило дыхание:

– Что вы имеете в виду?

Почти касаясь девушки, он продолжал гипнотизировать ее.

– Я хочу узнать вас. – Этот взгляд пожирал ее лицо, тело, глаза… – Всю целиком. До печенок.

Как ни странно, эти слова заставили ее вспыхнуть. К разговорам подобного рода она не привыкла.

– Вы самая обворожительная женщина, которую я когда-либо встречал.

Она покачала головой, пытаясь избавиться от наваждения. Эти слова, эти горящие желанием голубые глаза…

– Я всего лишь женщина, пытающаяся выжить в мире, принадлежащем мужчинам.

Тор наклонился, рассматривая очертания ее рта и розовый язычок, облизывавший нижнюю губу.