– Так он приставал к тебе? Что он делал? – Тор затрясся от гнева, его лицо покраснело. Он покачал головой, пытаясь обуздать ярость. – Говори!

– Он преследовал меня, вот и все. Отпусти! Мне больно!

Тор уронил руки, стремительно шагнул на балкон и принялся разглядывать местность, лежавшую за домом. Створки были открыты, и теплый, сухой воздух обвевал юношу. Тор сделал несколько глубоких вдохов, но это не помогло. Охладить его ревность могло только одно: уверенность в том, что Торнбулл никогда не сможет прикоснуться к Хармони или причинить ей вред.

Девушка следила за ним сквозь открытую дверь.

– Нет, все же ты кое-чем отличаешься от Торнбулла. Он либо заставит меня силой покориться его воле, либо убьет. Но тут взаимности не будет. Только не с ним!

Тор обернулся:

– Он тебя не получит. Это факт. И не сумеет добраться до девочек.

– Но ты ведь тоже меня не получишь. Забыл?

– Для меня важнее, чтобы тебе было хорошо. И девочкам тоже. – Он снова шагнул к ней. – Обещай мне, что не уедешь, пока Тара не поправится. Сделай хотя бы это.

– Почему я должна что-то обещать нарушителю договора?

– Не говори так. Это неправда. Я просто не хочу причинять тебе вред. – Тор снова оглядел ее с головы до ног. – Все равно я слишком велик для тебя. – Он склонил голову набок и улыбнулся. – Я мог бы повредить тебя. Изнутри.

Она вспыхнула и отвела взгляд.

– Ничего. Потерпела бы.

Он крепко обхватил Хармони и почувствовал, что та дрожит.

– Не могу вынести, когда тебе что-то угрожает. Вот почему я ворвался сюда, когда услышал твой крик. Что случилось?

– Я вымыла голову, но никак не могла расчесать волосы. Я разозлилась и швырнула щетку в стену. – Она фыркнула. – Вот видишь, я совсем не ангел!

– Ты ангел со шпорами.

– А ты слишком долго был заложником.

– Совсем не слишком.

Тор откашлялся, затем обвел взглядом комнату, пересек ее и подобрал щетку. По дороге он прихватил стул с прямой спинкой, отнес его на балкон и поставил на пол.

– Что ты делаешь? – спросила Хармони, идя следом.

– Садись. Я сам причешу тебя.

– Ох, Тор, нет! – Она оглянулась. – Кто-нибудь увидит, и…

– Неважно. Тебе ведь надо причесаться?

– Да, но…

Он приподнял ее и усадил на стул.

– Сиди тихо.

Тор перекинул ее длинные, пышные волосы через спинку стула и взмахнул щеткой сверху вниз.

– Ой!

– Извини. – Он нахмурился. – Как же ты с ними справлялась в лагере?

– Разбойникам не до телячьих нежностей.

– Тогда терпи. – Тор начал снова, на сей раз более нежно, вдосталь налюбовался волной густых, прекрасных каштановых волос, потом запустил в эту пышную гриву одну руку, а второй принялся расчесывать ее кудри. – Ни у одной женщины на свете нет такого великолепия!

– Опыт у тебя богатый, так что придется поверить.

– У меня есть мать, сестра, подруги. Для твоего сведения, к западу от Миссисипи осталось много женщин, с которыми я не успел переспать.

Она смерила его взглядом:

– С твоим талантом парикмахера? Очень странно!

– А как насчет моей смазливой физиономии?

– Физиономия ничего, но на меня произвело большее впечатление кое-что пониже.

– А я думал, больше всего тебя потрясли мои способности горничной, прислуживающей благородной леди.