– А я думал, больше всего тебя потрясли мои способности горничной, прислуживающей благородной леди.

Откинувшись назад, она нащупала пряжку и стала опускать руку… Тор тут же напрягся, и она победно усмехнулась.

– Вот что больше всего нравится разбойницам.

– Сейчас же прекрати, а то так и останешься непричесанной.

– А я думала, ты ко мне равнодушен… – Она принялась поглаживать его.

– Совсем не равнодушен. – Тор продолжал расчесывать ее волосы, но тон его звучал несколько напряженно. – Но я джентльмен.

– Очень плохо. – Она встала и повернулась к нему. – Потому что я не леди. – Она оттолкнула юношу к стене и прижалась к его возбужденному телу, а потом вскинула голову и смерила его оценивающим взглядом. – Я налетчица и беру все, что хочу.

Тор отстранил девушку, сдвинул брови и отдал ей щетку.

– Помни, я стараюсь для твоей же собственной пользы. Увидимся за обедом.

Он повернулся и пошел к двери на лестницу.

– Да, заложник, мы еще встретимся!

В ответ Тор изо всех сил хлопнул дверью.

12

Хармони стояла на балконе, подставив тело прохладному вечернему ветерку, и пыталась перестать думать о Торе. Близилось время обеда, но она все еще ощущала его запах, чувствовала его присутствие, помнила близость его тела. И свою дерзость. Как она посмела… хватать его? Боже, какое распутство! Впрочем, преступницам закон не писан. Она имеет право делать все, что хочет. Хочет ли она Тора? Это неважно. Они заключили сделку.

Скоро они снова увидятся. Сможет ли она смотреть ему в лицо при посторонних, при его родственниках? А вдруг им уже известно, что она его лапала? Вдруг они заговорят о том, что Тор неравнодушен к ней? Нет. Просто у нее разыгралось воображение. Конечно, она похитила Тора, но ведь больше ничего между ними не было. Он помог ей и девочкам. И она платит ему за помощь. Ни больше, ни меньше.

Она глубоко вздохнула и напомнила себе, что не боится ни Тора, ни его богатой родни, ни друзей. Не пристало трусить главарю «Банды бешеных малолеток», ужаса Запада, о которой кричали заголовки всех газет. И если Тор временами волнует ее, то это предусмотрено правилами игры в разбойников так же, как засады и погони. Нет в этом ничего особенного. Но отчего же тогда ее переполняют чувства и бешено колотится сердце?

Ну вот. Кажется, полегчало. Она должна держать себя в руках. Нельзя допускать, чтобы в присутствии Тора у нее голова шла кругом, нельзя забывать о том, что нужно ей и девочкам. Никогда с ней не творилось ничего подобного. Как с этим бороться? Оставался только один выход: загнать свои чувства в бутылку и плотно заткнуть ее. Вот только пробку все время вышибает…

Хармони закрыла балконную дверь и вышла в гостиную. Никогда ей не доводилось бывать в столь изящно обставленной комнате. Обитой шелком французской мебелью резного дерева было страшно пользоваться. Шезлонг у балкона так и манил раскинуться в нем, но девушка боялась к нему прикоснуться. А цвета! Оттенки древесной листвы и красного бургундского вина преобладали в расцветке занавесок, обивки и ковра. Эта красота казалась почти неземной.

Девушка прошла в спальню и ахнула от восхищения. Там сверкал гарнитур из полированного золотистого дуба. Искусно вышитая салфетка накрывала высокий туалетный столик. Флаконы духов и набор целлулоидных коробочек для пудры, гребешок, щетка для волос и ручное зеркало были расставлены на его изысканной крышке.

Погладив полировку, она подумала о простых рабочих, руками которых было сделано все в этой комнате. Люди, которые покупали эти изделия, обеспечивали их заказами. Однако труд рабочих оплачивался нищенски, а условия его были каторжными.