— Мне кое-что известно о роде вашей деятельности, — заметил я. — Не так уж много, но вполне достаточно, чтобы возбудить мой интерес, поскольку ваше предприятие уникальное в некотором смысле, даже во всех смыслах.

— Совершенно верно, и сейчас вы в этом убедитесь, мистер Скотт. Прежде всего я хочу, чтобы вы уяснили, что мы на стороне закона и охраны имущественных интересов наших граждан. Скажу без ложной скромности, что мы лучшее агентство по расследованию финансовых преступлений не только в Аризоне, но и во всех Соединенных Штатах. Подобных организаций вообще раз-два и обчелся. Общественные институты, объединяющие блюстителей капиталистической законности, нам не конкуренты. Как вам нравится термин «блюстители капиталистической законности»?

— Полный отпад.

— Мы полностью компьютеризованы, связаны с банками данных почти пяти тысяч периодических изданий — газетами, журналами, бюллетенями, каталогами — что означает свободный доступ к огромной всеобъемлющей информации и результатам деятельности сотен криминально-исследовательских институтов, что экономит нам массу времени. Однако это отнюдь не означает, что мы сами не занимаемся практическими исследованиями детективного характера. В течение пяти минут я могу представить вам истинное лицо любой солидной американской корпорации, большинства средних и мелких компаний, фирм, агентств и… даже частных детективов типа Шелдона Скотта.

Я распахнул от удивления «варежку», но он вежливо этого не заметил и продолжал:

— Под моим началом работают четыре бывших сотрудника ФБР, (кстати, двое из них сейчас находятся в здании), пятеро опытных офицеров полиции, двое из которых проработали в общей сложности 26 лет во внутренней разведке. Я плачу хорошие деньги шести лучшим писателям и репортерам, сделавшим себе имя, ведя колонки криминальных новостей крупнейших газет. Кей Дарк — это моя последняя удачная находка, блестящая, очень деятельная и способная журналистка, которая начинала в провинциальной газетенке и сделала головокружительную карьеру в качестве анонимного автора криминального «подвала» газеты «Чикаго Фри Таймс», выходящего под рубрикой «После сумерек». Ты, конечно, читал ее потрясающие статьи?

Увлекшись, Стив Уистлер не заметил, как перешел на ты. Впрочем, я не обиделся. Мне не попадались ее статьи (я их вообще предпочитаю не читать), но я осторожно заметил:

— Я слышал о Кей Денвер.

— Значит, я завладел твоим вниманием.

— Считай, что да.

— О'кей. Недавно кто-то стрелял и серьезно ранил одного человека по имени Клод Романель. Это произошло здесь, в Долине. Нам известно, что этот Романель владеет солидной долей акций местной компании «Голден Финикс Майнз» — очень энергичной добывающей компании, орудующей в штате Аризона, округ Марикопа. Я лично посетил их разработки и своими глазами убедился в том, что это действительно рудник, в котором добывают золото, а не блеф и не нарисованный на холсте очаг папы Карло, на котором варится жирная похлебка. Однако стоимость акций «ГФМ», выбрасываемых на рынок, поднялась за последние три года с двадцати центов до четырех с одной восьмой долларов на начало этого года и до четырнадцати долларов на настоящий момент. В перспективе она может вырасти до сорока долларов. Подобный невероятный взлет за последний месяц подпитывался усиленно муссировавшимися слухами, так сказать, неизвестно каким образом «утекшей» внутренней информации, плюс появлением сенсационного доклада где-то две недели назад.