По дороге я остановилась возле кабинета мисс Фокс.

Дверь кабинета снова была открыта, но на этот раз одетых в штатское людей внутри не было.

Не знаю, что меня на это толкнуло, но я перешагнула порог кабинета. Хотя полицейские забрали все бумаги и папки мисс Фокс, в остальном кабинет выглядел точно так же, как прежде. Я дошла до его середины и остановилась, оглядываясь по сторонам. Со стен из своих рамочек на меня молча смотрели собаки. Остались в кабинете и собачьи чучела с унылыми мордочками. Они тоже все смотрели на меня.

Все?

Да, кроме одной.

Однажды мы с Пенни сидели в этом кабинете и мисс Фокс долго придумывала для нас обеих наказание, а я тем временем от нечего делать считала чучела собак. Их было восемь.

Теперь осталось семь.

Я нахмурилась, решив поначалу, что пропустила одно чучело, и начала считать снова. Нет, всё правильно, семь штук. И тут меня озарило – чихуахуа! Чучело чихуахуа, которое лежало на столе! Мисс Фокс ещё держала в пасти несчастной собачки ручки и карандаши! Так вот, это чучело исчезло. Я внимательнее присмотрелась и заметила на столешнице пыльные следы лап.

Я отпрянула назад. Кто-то забрал чучело чихуахуа. Кто? Полицейские, когда уносили бумаги? Но зачем? Ой, не нравится мне всё это!

Я тихо, осторожно вышла из кабинета. Прикрыла за собой дверь.

И со всех ног бросилась бежать прочь от этого места.

Глава тридцать восьмая

Скарлет

Я смотрела в зеркало, отражение в зеркале смотрело на меня.

Раньше я всегда видела в своём отражении Айви, но теперь пыталась понять, насколько оно, это отражение, похоже на нашу маму. Точнее, насколько похожа на неё я сама. Мои волосы, мои глаза – они у меня мамины или нет?

Впрочем, кое-что у меня точно было мамино. Упрямство. Решительность. Бунтарство. Я гордо задрала подбородок. Кем бы ни была в жизни реальная Эммелина Эйдель, она, как и я, боролась за то, во что верила.

И тут мне в голову пришла идея.

Мне потребовалось некоторое время, чтобы уговорить себя. То, что я собиралась сделать, пугало меня до глубины души.

«Возьми себя в руки, – твердила я себе. – Ты же Скарлет Грей. Ты ничего не боишься!»

Но одно дело мысленно уговаривать себя, и совсем другое – начать действовать, кошки полосатые. Дрожащими руками я вырвала страничку из своего дневника и написала короткую записку:

«Ушла на крышу. Скоро вернусь».

Затем я надела пальто, натянула перчатки.

По лестнице я поднималась медленно-медленно, наслаждаясь ощущением того, что всё ещё остаюсь в безопасности. Сердце бешено колотилось в груди – я пыталась успокоить его, но безуспешно. Сколько бы раз я ни повторяла себе, что всё будет в порядке, моё тело не верило мне. К тому времени, когда я поднялась на самый верхний этаж, ноги у меня уже дрожали, а лёгкие хрипели, судорожно втягивая воздух.

Я постояла перед ведущим на крышу люком и опустилась перед ним на пол.

«Я смогу это сделать. Ничего плохого не случится. Это просто крыша», – продолжала я уговаривать себя.

Уж не знаю, как долго я просидела там, глядя сквозь застеклённый люк на затянутое снежной пеленой небо. Оно гипнотизировало меня, лишало желания шевельнуть ногой или рукой. Под небом лежала крыша – источник моих страхов. Место, с которого всё в моей жизни пошло вкривь, вкось и вразнос. Плохо всё пошло. Очень плохо, бублики дырявые.

Вдруг на лестнице послышались чьи-то шаги. Этот звук вывел меня из оцепенения, и я медленно, тяжело поднялась на ноги.

– Скарлет? – окликнула меня запыхавшаяся Айви.

Взглянув ей в лицо, я поняла, что сестра ужасно испугана.

– Что случилось? – спросила я.