— Вы закончили? — спросил я. — А теперь выслушайте меня.

Адвокат бросил на меня злобный взгляд.

— Предположим, что реакция жителей городка на устроенное молодежью представление была искренней, — продолжил я. — Предположим, что Смит, дядя Чарльз и парни из АИА твердо верили, что, устраивая мордобой, они спасают демократию и чистоту американского флага. Но что в итоге получилось. Оррин Тейер и его дружок стащили со сцены Линду и увели с собой в лес. То, что они там с ней сделали, едва ли соответствует принципам высокой морали. Мы знаем, что эти двое, проведя девушку по улицам города, затащили ее в конюшню Тейера. После этого она исчезла. Когда честный полицейский напал на ее след, его застрелили. Ваши парни из АИА приложили все усилия, чтобы о судьбе Линды никто из посторонних не узнал. Конечно, изнасилование и убийство никак не вяжутся с распеванием гимна «Господи, благослови Америку». Смиту и ему подобным было бы спокойней, если бы Джерико прекратил поиски Линды. Нисколько не сомневаюсь, что тогда тело девушки, обезображенное ее насильником и убийцей, было бы найдено в канаве где-нибудь в пятидесяти милях от города. Лейтенант Краули и Джерико знали, где искать Линду. Полицейский застрелен, а Джерико, слава богу, жив и потому опасен для убийц девушки. Мы с Майком вернулись в Гленвью, где вы приготовили нам ловушку. Но у вас, Блисс, ничего не получится. Если Джерико в ближайшее время не освободят, над вашим городом разверзнутся небеса. Это я вам обещаю.

На лбу у адвоката выступили капельки пота. Нет, он вовсе не испугался моих угроз — он боялся потерять расположение миссис Драйден и лишиться ее денег.

Блисс подошел к Энжеле, но рук к ней не протянул.

— Впервые встретившись с вами, а вам тогда было всего шестнадцать, я полюбил вас, Энжела, — словно нас с Майком не было рядом, сказал адвокат, и я понял, что он не лжет. — Но мне не повезло, потому что вы и Фрэнк Драйден уже любили друг друга. Вы всегда относились ко мне только как к другу. Теперь, когда Фрэнк погиб, я могу признаться вам в своих чувствах.

— Пожалуйста, Джо, только не сейчас. Вы же знаете, что творится, — сказала Энжела.

— Другого случая объясниться вам в любви, боюсь, не представится, — ответил Блисс. — Многие говорят, что меня интересуют лишь ваши деньги. Но уверяю вас, это не так. Дорогая, разве можно смотреть на вас и при этом думать о деньгах? Энжела, я люблю вас.

— Тогда помогите мне, — сказала Энжела. — Скажите, что произошло с Линдой? Что случилось с мистером Джерико?

— Этого я вам сказать не могу, поскольку ничего о них не знаю, — ответил адвокат.

— О Джо! Вы опять темните.

— Клянусь Богом, я вам не лгу! — надрывно воскликнул Блисс. — Да, я имел отношение к налету на ваших друзей. Я признаю. Это я позвонил вашему дяде и рассказал ему, что творится в зале. По-моему, я поступил правильно. Я и сейчас считаю, что вы совершили ошибку, которая могла привести к очень серьезным последствиям. Вот и все, что я сделал. Другой вины на мне нет.

— Вы помогаете Оррину Тейеру избежать наказания, — возразил я. — Разве этого мало?

Блисс, не глядя в мою сторону, ответил:

— Я прежде всего адвокат. Виновен или не виновен Оррин Тейер, должен решить суд. Если он и совершил убийство, то ему полагается защита. А я, между прочим, его адвокат уже в течение пятнадцати лет.

— Но вам известно, что стало с Джерико, — сказал я. — Вы сказали Хадсону, что он теперь не опасен. Вы же прекрасно знаете, что это вовсе не означало, что Джерико вернулся в Нью-Йорк.