— Приношу извинения, за этот маленький инцидент, — маркграф встал со своего кресла, подошёл к окну и опёрся на подоконник, — Мне просто очень хотелось увидеть лицо кардинала, когда он встретится с вами. Кстати, как вас…

— Генри. Безродный, — коротко ответил я. Конечно, сейчас следовало бы добавить «милорд», но ёб вашу мать. Всё, конечно понимаю, всех уважаю, но новую жизнь я получил явно не для того, чтобы пресмыкаться с местными властьимущими.

Маркграф оторвался от окна, и выжидающе посмотрел на меня. Я точно так же выжидающе посмотрел на него. Без поклона он тоже обойдется.

— Вы северяне? — наконец поинтересовался Эдмонд.

— Можно сказать и так.

— Это многое объясняет, — маркграф прошёлся взад-вперёд, — Будь вы обычными просителями, я бы сейчас приказал вышвырнуть вас за порог, предварительно отхлестав розгами. Но так уж и быть. Излагайте своё дело.

— Для начала взгляните на эту бумагу, — Бернард сделал шаг вперёд и протянул марграфу свёрток. Тот принял его, развернул и пробежался по строчкам взглядом.

— Вот как? — задумчиво протянул Эдмонд, сворачивая признание Томаша, — Интересно. Вы рассказали об этом страже?

Я молча кивнул.

— Хорошо. Его арестуют и допросят. Но, по вашим лицам вижу, что это ещё не всё.

— Не всё, — согласился я, — Ещё мы поймали человека, которому подчинялся зверь. По его словам, он работал на армию волков, стоящую у ваших стен. Его задачей было запугать всех так, чтобы даже стража не высовывалась ночью на улицы. Это дало им возможность беспрепятственно проникнуть в Вестгард и устроить погром в одной из городских гильдий.

— Хорошо. Моя стража допросит и его. Есть ещё какие-нибудь…

— Милорд, — в комнату вбежал взмыленный гонец, — Пришёл ответ от Телмарской Торговой Кампании. Мастер Филипп передаёт, что он готов выделить вам три десятка своих бойцов в обмен на снятие подорожной пошлины и уменьшение торгового налога для его купцов в ваших владениях.

— Три десятка… — лорд нервно прошёлся взад вперёд по комнате, — Слишком уж много он за них хочет. Передай ему, что если он хочет и впредь вести торговлю в Вестгарде, то ему придётся выделить людей, ограничившись лишь частью торгового налога. Четвертью.

— Всенепременно, милорд, — кивнул гонец и тут же скрылся за дверью, а маркграф вновь подошёл к окну.

— Дерьмо, — повторил Эдмонд, — Куда мы катимся… До войны в моей армии была тысяча человек. А сейчас я вынужден торговаться за каждого, кто знает, с какого конца браться за меч. И всё из-за этих проклятых ублюдков, которым зачем-то понадобился мой город, — он задумчиво почесал подбородок, а затем посмотрел на нас, — А у вас, как я слышал, тоже с ними был конфликт.

— Мягко сказано, — хмыкнул я.

— Вот и славно, — кивнул маркграф, — Как говорил один мудрец: враг моего врага — мой друг. Сколько у вас мечей?

— Семнадцать.

— Отлично. Я вас нанимаю, — вельможа уселся обратно в своё кресло, — Поможете мне защитить город. О награде не беспокойтесь. Она будет более чем щедрой.

— А контракт…

— Моё слово — ваш контракт, — перебил меня Эдмонд, — Родрик введёт вас в курс дела. А теперь будьте добры, оставьте меня. Меня ждут важные переговоры, на которых, таким неотёсанным деревенщинам, как вы, явно не место.

— Ещё одна вещь, о которой мы бы хотели вас попросить, — я решил немножечко понаглеть, — После сражения с тварью у нас не самым лучшим образом обстоят дела со снаряжением. Быть может, вы сможете выделить что-нибудь из ваших арсеналов?

— Вам разве не заплатили за контракт? — маркграф выжидающе посмотрел на меня, — Сдаётся мне, что заплатили.