– Однако надо, чтобы кто-нибудь был рядом на всякий случай. Позволь мне послать с тобой конюха.

Индия нахмурилась опять и открыла было рот для возражения, но Матт добавил:

– Нет, лучше позволь мне попросить Артура сопроводить тебя до самого дома кузины. Я знаю, он собирается сегодня в Йорк по делу и уверен, что не будет против привезти тебя туда и забрать на обратном пути.

– Я бы не хотела беспокоить его, – сказала Индия и, вздохнув, улыбнулась. – Ну, если тебе от этого станет легче, дорогой муж, я позволяю тебе попросить его. Но умоляю, скажи ему, что это не моя идея.

Матт улыбнулся и взял ее руки.

– Ты всегда такая внимательная. Не бойся. Он будет знать, что обременен по моей глупости.

Индия шагнула к нему ближе и слегка коснулась его поцелуем, как снежинка касается лица.

– Мой дорогой, заботливый муж, – проговорила она. – Я верю, что ни одна женщина не была так счастлива со своим мужем, как я.

Дрожа от восторга, он заключил ее в свои объятия. Когда она, наконец, освободилась, то должна была посмотреть в его глаза с таким выражением, что кровь горячим потоком хлынула в его груди.

– Сегодня ночью, дорогой муж, – прошептала она, – сегодня ночью. Я думаю мы ждали достаточно долго, не так ли?

Кловис вернулся в Лондон, как только кончилось Рождество, ибо Европа бурлила. В феврале, наконец, была объявлена война между Тройственным союзом, с одной стороны, и Францией и Испанией, с другой. Узурпатор назначил Мальборо главнокомандующим. Король Людовик отвечал назначением Бервика генералом под началом главнокомандующего Виллара и по его рекомендации призвал маршала графа де Челмсфорд. Аннунсиата написала Кловису об этом. Их переписка должна была осуществляться с возросшими мерами предосторожности из-за билля о лишении гражданских прав, но со связями Кловиса всегда находились возможности.

«Карелли, кажется, сильно изменился ко мне, – писала она, – стал спокойнее и повзрослел. Совсем не тот ребенок, который потрясал и удивлял нас много лет назад в Морлэнде. Он остается очень привязан к Морису, проводит много времени в Венеции и с теплотой отзывается о хозяине, у которого Морис проживает, и его дочери. Последняя, однако, еще дитя, ей нет и десяти. Так что у меня все меньше надежд на женитьбу Карелли. Кажется, он не проявляет особого интереса к женщинам, хотя они им очень интересуются.

Король принял его очень любезно. По-видимому, он великодушно расположен к моей семье, поскольку, как и его отец, очень предан тем, кого любит. Он назначил Альену фрейлиной принцессы Луизы-Марии, как и обещал его отец, но в действительности он больше любит Альену, чем принцесса. Они трое часто бывают вместе, но так как Альена обучается вместе с королем уже довольно долго, разговор происходит в основном между ними. Они похожи на двух братьев с маленькой сестрой.

Моя собака Фэнд умерла во сне три дня назад, а с уходом жеребца Бэннера я, кажется, потеряла все связи с Морлэндом. Я не могу заменить никого из них здесь. Как мне хочется домой, и как я далека от него!»

В день, когда пришло это письмо. Узурпатор был ранен во время верховой прогулки. Его лошадь споткнулась о кротовую кочку и скинула его. Он сломал ключицу, но, видимо, повредил еще что-то, так как неделей позже умер. Никто не оплакивал его, более того, народ в тавернах поднимал тосты за «маленького господина в черном», чья ямка ускорила переход Узурпатора в мир иной. Он был чужестранец, а это непростительный грех в глазах лондонцев. Вступление на престол принцессы Анны, англичанки до мозга костей, вылилось в большое празднество.