– Но где школьник мог раздобыть уголь?

– В любом пансионе. Они все отапливаются каминами.

Сент-Джеймс пристально глянул на него:

– Тебе важно привязать преступление именно к этому месту, Томми?

– Потому-то я и попросил тебя все проверить. Я стараюсь подстраховаться, когда мне не хватает объективности.

– Все дело в Джоне Корнтеле?

– Надеюсь, что нет, Сент-Джеймс. Но мне нужно знать наверное.

На это Сент-Джеймс ничего не ответил. Он еще раз внимательно осмотрел камин и наконец поднялся на ноги, потирая руки, чтобы стряхнуть с них пыль.

– В топке чисто, – сказал он. – Отсюда газ просочиться не мог. – Подойдя к стене, он проверил все трубы, светя фонариком вдоль каждой из них. – Это трубы отопления, – сказал он. – Газовой трубы здесь нет.

В окно стучал дождь. Подойдя к окну, Сент-Джеймс изучил узкий каменный подоконник. Потом луч фонаря скользнул по балкам под потолком, заглянул во все углы, прошелся по истоптанному полу.

– Нет, – покачал он головой. – Мэттью Уотли погиб не в этой комнате. Может быть, его какое-то время продержали здесь – посмотрим, что скажут эксперты из Хоршэма, но умер он не здесь. Что еще сказал тебе Канерон?

– На теле обнаружили следы щелочи.

– А! Едкое кали.

– Да. Микроскопические количества. Они могли остаться на его коже и после пребывания в этой комнате. Ты бы видел, как она выглядела, пока наши ребята ее не почистили.

Сент-Джеймс только нахмурился в ответ:

– Нет, Томми, здесь вряд ли держали щелочь.

– Почему нет?

– Это едкое вещество. С ним надо обращаться осторожно. Оно разъедает стекло и глину и даже железо. Легко может прожечь кожу. Обычно мы имеем дело со щелочью в соединении с водой. Это…

Линли приподнял руку, останавливая ученый монолог. Теперь он ясно видел, что произошло. Он вновь видел открытую панель вытяжного шкафа, видел быстрые, умелые движения женских рук. Слова замерли у него на губах при мысли о столь чудовищном преступлении, и он мог остановить друга только жестом.

– Что такое? – удивился Сент-Джеймс.

Линли с трудом выдавил вопрос – ответ Сент-Джеймса должен был раз и навсегда решить проблему невиновности и ответственности.

– Можно ли искусственным путем получить угарный газ?

– Синтезировать его? С какой стати? Это побочный продукт сгорания…

– Я понимаю, что побочный продукт. Но если это не случайность… Можно ли намеренно синтезировать его, соединить химические вещества, чтобы получить угарный газ?

– Разумеется. Например, из муравьиной и серной кислоты.

– Как это сделать?

– Долить муравьиную кислоту в серную. Муравьиная кислота дегидратизируется, из нее выделяется вода, а в результате получается моноксид угля, углекислый газ.

– Это очень сложно?

– Это может сделать всякий, были бы под рукой нужные реактивы и аппаратура. Нужна бюретка, чтобы доливать муравьиную кислоту в нужной пропорции, но вообще…

– Боже мой! Боже мой!

– Да что такое?

– Едкое кали. Я воспринимал щелочь как готовое вещество, а не компонент химической реакции. Углекислый калий, Сент-Джеймс. Углекислый калий и угарный газ. Его умертвили в лаборатории.

– Вытяжной шкаф, – произнес Линли, отпирая лабораторию ключами, полученными у Фрэнка Ортена. На ощупь зажег свет. В комнате стало неестественно светло. Белые лабораторные столы словно выскочили из темноты, а за ними и шкафы со сверкающими стеклянными дверцами.