— С этим воинством иначе нельзя, — улыбнулся Барчук, и Перепелкин понял, что насчет отношений Григория и Марфы Лена Петрухина не солгала. — Ты бы видел, как она их на тренингах строит.

— Надеюсь, что увижу, — сказал Перепелкин. — Вы ведь, Григорий, поспособствуете, чтобы я получил все видеоматериалы? Я смотрел кое-что по телевизору, но далеко не все.

— И далеко не все было запущено в эфир, — кивнул Барчук. — Конечно, Леша, какой разговор. У нас здесь все копии имеются. Кстати, сегодня можешь посмотреть процесс вживую. Встанешь за спиной главного оператора и будешь видеть все его глазами.

— Вообще-то хочется все своими глазами увидеть, — вздохнул Алексей Викторович. — А кто обратился с заявлением об уходе, не знаете?

— Знаю, — ответил Барчук. — Аня Ласточкина. По мне бы, пусть бы и катилась на все четыре стороны. «Звездой» ей все равно не стать — это видно. В лучшем случае ее ждет карьера в группе «бэк». Хотя красива, чертовка. А красота — страшная сила.

Перепелкин постеснялся спросить, что такое группа «бэк», и вспомнил, что одной из девушек, что стояли вчера вечером в толпе зевак, была Аня Ласточкина и выглядела она чрезвычайно испуганной.

5

«И музыки уроки пускай берет».

И песня была идиотской, и с партнерами не повезло. Ну, разве можно с такой командой хорошо показаться? Нет, конечно, Ежик очень недурно поет. Но вот выглядеть он мог бы и получше. Мужественности в нем явно не хватает — сопляк какой-то. А крошка Лори? Мало того, что ни кожи, ни рожи, так еще на сцене стоит столбом, не знает, куда руки девать, в ноты не попадает. Как будто не занималась ни актерским мастерством, ни сценическим движением, ни вокалом целый месяц! Да, пролетят они завтра перед жюри, как фанера над Парижем, и поедет она, Лена Петрухина в свой любимый город Казань, не коров, конечно, доить, но горшки выносить за больными тоже радости мало.

— Нет, я так больше не могу! — закричала она, не обращая внимания на камеру, хотя и знала, что в гневе лицо у нее становится некрасивым, а голос на визг срывается. Да черт с ней, с камерой! И не такое уже по телеку показывали, плевать… — Вы бы хоть изобразили что-нибудь для разнообразия! Почему я должна одна по сцене прыгать?

— Не прыгай, — устало произнес Сергей. — Прыжки твои совершенно не соответствуют тексту. Вот почему ты прыгаешь и извиваешься, когда я пою: «Твои грустные глаза цвета пива, ты сегодня в свете звезд так красива»? Глаза грустные, а ты прыгаешь, как коза. Вернее, как слон.

— Сам ты и козел, и слон, — обиделась Пампушка. — Ты ведь это поешь, обращаясь к Лорке. А на меня ноль внимания. Вот я и прыгаю, чтобы ты обратил, наконец, свой взор ко мне. Я сюжет разрабатываю, вас дураков пытаюсь вытащить. Она стоит вся такая грустная и неприступная, хоть и красивая… по тексту. А уйдешь ты в финале со мной, потому что со мной тебе будет веселее. И в свете солнечных лучей я гораздо привлекательнее той, которая красива только темной ночью. «Солнце встанет, грусть пройдет, птицы запоют, и растает лед». Вот так и будем обыгрывать текстовку. Или у вас другие предложения?

Ежик презрительно фыркнул, а Глория молча помотала головой.

— Тогда давайте работать, — потребовала Пампушка. — Может быть, вы и мечтаете свалить из этого шоу, лично у меня другие планы. А вы меня подставляете, как твари последние. Это подло.

— Успокойся, Лена! — воскликнула Глория. — Сейчас мы соберемся. Я просто не успела историю придумать, поэтому еще не включилась.