Loading...
Изменить размер шрифта - +

 Так что «Брэндон Коммыоникейшнс» процветает. Но Люк, как обычно, вкалывает как проклятый. Никогда не видела, чтобы он был у кого-нибудь на

побегушках. А теперь, стоит только этому Йену Уилеру позвонить, Люк тотчас перезванивает – неважно, на совещании он, ужинает или даже

крепко спит. Люк объясняет, что за это ему и платят: ведь он работает в индустрии обслуживания, и «Аркодас» – его мегаклиент.
 А я уже решила: если Йен Уилер позвонит, когда я буду рожать, мобильник отправится прямиком в окно.
 – Здесь поблизости есть стационарный телефон? – спрашивает Люк. – Бекки, если ты не против…
 – Ничего страшного, – машу рукой я.
 – Я вас провожу. – Узистка встает. – Подождите минутку, миссис Брэндон.
 И они вдвоем скрываются за дверью, которая захлопывается с глухим стуком.
 Я остаюсь в одиночестве. Аппаратура включена. Рядом с монитором лежит ультразвуковой зонд.
 Достаточно протянуть руку, и…
 Нет, лучше не буду. Я понятия не имею, как включается эта штука. И потом, весь сюрприз будет испорчен. Подождем, если Люку приспичило.
 Поерзав на кушетке, я принимаюсь разглядывать собственные ногти. А что, подожду запросто. Без проблем. Легко…
 Господи, нет. Ни за что. До декабря я не вытерплю. Вон же он, зонд, только руку протянуть… и рядом ни души… Взгляну одним глазком – и все.

По-быстренькому. А Люку – ни слова. И сюрприз останется сюрпризом – если не для меня, то для Люка точно. Вот!
 Передвинувшись, дотягиваюсь до зонда, приставляю его к измазанному гелем животу, и – раз! – на экране тут же появляется нечеткое

изображение.
 Получилось! Осталось чуть-чуть сдвинуть зонд, чтобы было лучше видно… Сосредоточенно нахмурившись, я веду зондом по животу, наклоняю его

то так, то этак, вытягиваю шею, чтобы видеть экран. А это гораздо проще, чем я думала! Наверное, надо мне было стать узисткой. У меня же

явно врожденный дар.
 Вот и голова. Ого, какая огромная! А этот отросток, должно быть…
 У меня замирает рука, дыхание перехватывает. Я видела его. Теперь я знаю, какого пола наш малыш!
 Это мальчик!
 Правда, изображение на экране очень размытое, хуже, чем раньше, но все равно ошибиться невозможно. У нас с Люком будет сын!
 – Эй! – обращаюсь я к экрану дрогнувшим голосом. – Эй, малыш!
 Слезы так и льются по щекам, ничем их не остановишь. У нас чудесный крохотный мальчик! Можно наряжать его в симпатичные штанишки, купить

ему машину с педалями, Люк научит его играть в крикет, и звать сыночка мы будем…
 Боже мой! А как же мы его назовем?
 Интересно, согласится Люк назвать нашего малыша Биркин или нет? Тогда можно будет специально под памперсы и другие детские вещички

прикупить настоящую сумку «Биркин».
 Биркин Брэндон. Классно звучит.
 – Здравствуй, маленький, – воркую я, обращаясь к огромной круглой голове на экране. – Хочешь, мы назовем тебя Биркин?
 – Что вы делаете?
 Услышав голос узистки, я вздрагиваю. Явно перепуганная, она стоит в дверях рядом с Люком.
 – Эта аппаратура – больничное имущество. Пациентам трогать ее запрещено!
 – Простите, – я утираю слезы, – мне просто так захотелось взглянуть еще разок! Люк, представляешь, я говорила с нашим малышом. Это какое-

то… чудо.
 – Дай-ка и мне посмотреть.
Быстрый переход