— Извини, — сказал Адам — Я знаю, мне не стоит давить на тебя. Ты само очарование, когда так краснеешь.  — Затем он усмехнулся. — Ну, или так.

— Да, это просто фантастика. — Даже  его голос был резким и неопределенным.

Адам взял полотенце и протянул его Нику.

— Все, замолкаю. Ты дер…

Тут Ник дернулся вперед и поцеловал его.

Он не дал себе ни секунды на размышление... потому что, вероятнее всего, тогда он не сделал бы этого.  Но сейчас он уже не собирался останавливаться.

Поцелуи с девушками с этим даже рядом не стояли. Разумеется, технически они ничем не отличались. Но за поцелуем с Адамом скрывалась сила, естественная мужественность, которая проявлялась в нем, несмотря на его эмоциональные движения и нежные пальцы. Ник отстраненно отметил, что полотенце со льдом оказалось на полу.

И тогда Адам поцеловал его в ответ. Язык Адама сплелся с его собственным. Он провел пальцами по его шее и Ник отдал бы все, чтобы это мгновенье длилось вечно.

О, и следующее мгновенье тоже, когда Адам прикусил губу Ника.

И еще одно, когда Ник протянул руку и провел ладонью вдоль шеи Адама, и его ладонь ощутила легкие уколы щетинок вдоль линии его подбородка.

Это было похоже на все те мысли, которые он прятал, на все фантазии, которые он так отчаянно отгонял от себя, и сейчас все это взрывалось в его мозгу с силой торнадо. Все что он знал, все было с девчонками. Все то, раньше, было как рассказ выученного урока, что-то, что он мог делать потому, что так надо было.

Но это. Это было что-то новое. И волнительное. И первобытное, и неизведанное, и... такое правильное.

И безумно жаркое. Ему хотелось, чтоб этой проклятой одежды было поменьше на его пути.

Еще минута, и они были бы на полу.

— Эй, полегче. Полегче, — сказал Адам.

Ник чувствовал, что ему не хватает воздуха.

Черт. На самом деле он почти задыхался.

Ник взглянул в карие глаза Адама, которые тут же поймали его взгляд.

— Что ж, — сказал Адам с легкой улыбкой на губах.  — Это было неожиданно.

Неожиданно  Лучшее и, одновременно, худшее слово, чтобы описать все это. Внезапно, все эмоции этого вечера накрыли его, и Ник почувствовал необъяснимое острое желание положить голову на плечо Адама и разрыдаться.

Из-за его спины послышался легкий кашель и женский голос.

— Ну, теперь все понятно, — сказала Квин.

Квин спрашивала себя, сколько раз в жизни ей аукнется этот день.

Ей надо было бы пробраться мимо Ника и Адама к входной двери, но стеклянные раздвижные двери вели в гостиную. Выпитый алкоголь продолжал затуманивать ей разум, но она сумела справиться с замком. Она споткнулась только на бетонных ступеньках. Холодный воздух успел пощипать ее щеки, прежде чем Ник поймал ее.

— Стой.  Квин, пожалуйста, остановись…

Она развернулась и врезала ему. Яростные удары, которыми она колотила его по груди только усилили боль в ее голове, и все поплыло у нее перед глазами. Она едва ли отражала, что плакала и понятия не имела, сколько ударов Нику пришлось вынести, прежде чем он поймал ее за руки и заставил успокоиться.

Квин посмотрела на него. Ей все еще казалось, что она куда-то плывет.  Над головой кружили звезды. Желудок скрутило.

— Квин... — прошептал он.

— Ник... — еле слышно ответила она.

А потом ее вырвало прямо ему под ноги.

Конечно он заслуживал подобного, но это не делало ситуацию менее унизительной. Она ожидала, что он отпихнет ее в отвращении или бросит в луже ее собственной рвоты, потому что она сама едва ли могла удерживать себя в вертикальном положении.

Однако он просто сбросил ботинки и поднял ее на руки.

— Я хочу, чтобы ты оставил меня в покое, — сказала Квин, и в этот момент ее голова упала ему на плечо против ее воли.