— Замечательно.

Ее брови высоко поднялись. Он хорошо представляет ее каприз и раздражен тем, что потерпел поражение.

— Не хочешь выслушать мою блестящую идею?

— Мне сесть?

— Если ты устала — разумеется, — сказал он, указав на разворошенную постель.

— Я постою.

— Я так и думал, — пробормотал он, улыбнувшись. Он знал ее лучше, чем она знала себя. У Карен Бекетт было слишком много сил. И упрямства, и гордости. Только ее, видимо, так больно ударило, что она растерялась и забыла, что еще можно встать и идти дальше. Сейчас как раз подходящий момент, чтобы напомнить ей об этом. Потом будет слишком поздно. Для них обоих.

— Что за идея, Сэм? — спросила она и добавила быстро:

— Только, пожалуйста, не говори, что ты хочешь дать мне немного времени подумать о том, как нам остаться вместе. Потому что это ничего не изменит. Я не могу выйти замуж за тебя, и это решено.

— Ну ладно, — сказал он, любуясь ее ясными голубыми глазами, потемневшими от подозрения. Может, он не стал бы делать это. Но если он отступит, не попытается, то тогда, сказал он себе, они оба потеряют возможность быть счастливыми. И Сэм приказал себе забыть о чувстве вины и действовать по плану. Кроме того, ведь абсолютно ясно, что она любит его, черт побери. Прислонившись к стене, он скрестил ноги в подчеркнуто небрежной позе и, вытащив руки из карманов, сложил их на груди. Слушай, как я представляю это, — сказал он. Сейчас, когда мы все выяснили и знаем установки друг друга, я считаю, что нет веских причин рвать отношения и не поддерживать связь, так ведь?

— Что? — спросила Карен, совершенно ошеломленная, потянулась за конфетой и быстро развернула ее. — Ты серьезно?

— Почему нет? — ответил он, наслаждаясь выражением ее лица, полного недоверия. — Нам хорошо вместе, — сказал он, прежде чем она успела возразить ему. — Нам интересно вдвоем. И если мы оба так считаем, нет причин отказываться от общения.

Он затаил дыхание, пока она обдумывала это. Все зависело от ее реакции.

Карен посмотрела на него, прищурившись.

— В этом аргументе есть нечто ошибочное, сказала она мягко. — Конечно, не ручаюсь, что я права.

— Что здесь ошибочно? — спросил он, небрежно пожав плечами. Оторвавшись от стены, Сэм подошел ближе к ней, положил руки ей на плечи и сжал их. — Мы оба взрослые люди, так ведь?

— Да, но…

— Нам очень хорошо друг с другом, верно?

— Да…

— Тогда в чем проблема? — Он улыбнулся ей, поднял руку и погладил ее лицо. Она закрыла глаза от его прикосновения, и, когда открыла их снова, он сказал:

— Мы ничего не теряем, Карен. Я знаю, ты не хочешь выходить замуж за морского пехотинца. А я никогда не оставлю корпус. Но кто нам может помешать установить свои правила?

— Сэм, — сказала она, повернув голову. — Я не уверена, что это хорошая идея — продолжать поддерживать отношения, проводить вместе время, когда мы знаем, что это ни к чему не приведет.

Вот он, переломный момент. Сэм должен был играть ва-банк, и он знал, что сейчас самое время настоять на своем. Он решил открыть свою последнюю карту.

— Испугалась? — бросил он вызов.

Карен напряглась, на что он и надеялся.

— Нет, не испугалась.

— Хорошо, — быстро отреагировал он, не давая ей возможности думать об этом слишком долго. — Тогда договорились?

— Это безумие.

— Может быть.