— Может быть.

— Мы пожалеем об этом.

— Мы не узнаем ничего, пока не попытаемся. — Сэм вдохнул полной грудью, надеясь, что ее гордость сподвигнет ее принять его предложение. Если нет, то он не уверен, что сможет продолжать попытки.

— Без давления? — спросила она, склонив голову набок и глядя на него снизу.

— Без давления, — согласился он, зная, что давление на Карен только оттолкнет ее.

Вздохнув, она медленно и нерешительно кивнула, и Сэм понял, что этот сдержанный вздох — знак облегчения. Потом она протянула ему правую руку.

— Хорошо. Значит, — сказал он, мягко притягивая Карен к себе, — мы договорились. — Медленная довольная улыбка изогнула его губы, когда он позволил себе полностью расслабиться впервые после прихода со своим безрассудным планом. — Ox, — сказал он, пристально глядя в ее удивленные глаза. — Я думаю, лучше скрепить эту сделку не рукопожатием.

Он поцеловал ее, завладев ее губами с решительностью, делающей честь корпусу морской пехоты. Он сломал ее оборону. Обняв Карен, прижав к себе, он дал ей все — прошлое, настоящее и все еще неопределенную мечту о будущем.

Карен, обняв его, прислушивалась к утихающему шторму снаружи. Ветер всхлипывал, и дождь время от времени брызгал на стекло. Все кончалось — и шторм, и это почти сказочное время, проведенное с Сэмом.

Она устроила голову у него на груди и прислушалась к равномерному биению его сердца.

Гладя ладонью его грудь, она внутри себя ощущала удивительное тепло. Но знала, что у всего этого не будет продолжения. Это невозможно.

Соглашение, которое они заключили, было обречено на провал. Но, даже зная, что впереди маячит боль, Карен не могла отказаться от соглашения. Потому что это давало возможность, независимо от того, что случится позже, потом, побыть с Сэмом еще некоторое время.

— О чем ты думаешь? — спросил он, нарушая тишину.

Она откинула голову и посмотрела на него:

— О нашем соглашении.

— Передумала? — спросил он, проводя рукой по ее обнаженной спине.

Карен затрепетала, закрыв глаза, и прислонила голову к его плечу. Если бы у нее был малейший повод, она бы сказала «да» и отступила, пока еще могла ощущать свое сердце только треснутым, но не разбитым. Но повода такого она не нашла.

— Нет.

— Рад слышать это, — пробормотал он и, взяв за талию, поднял ее над собой.

Карен вздохнула, наслаждаясь видом его крепкого, сильного тела, глядя сверху в эти любимые глаза цвета виски.

— Ты уверен в этом? А?

Он улыбнулся:

— Это превосходное решение, дорогая.

Его пальцы пробежали по ее позвоночнику, и Карен затрепетала. О, ей грозила серьезная беда.

— Превосходное, ты думаешь? — поинтересовалась она.

— О, да, — прошептал Сэм, подняв голову достаточно высоко, чтобы припасть к ее шее. Ни обязательств, ни беспокойств, только два хороших друга, получающие удовольствие от общения.

— Два хороших друга? — повторила она, отводя голову в сторону, чтоб ему было удобнее.

— Два хороших друга… Лучшие друзья, дорогая, — промурлыкал он и быстро перевернул ее на спину, улыбаясь ей сверху.

Друзья, сказала она себе, когда он наклонил голову, чтоб взять в рот ее сосок. И Карен вся изогнулась.

Она прижалась к Сэму, захваченная волной удовольствия, которое только он мог доставить ей. Друг, напомнила она себе, когда водоворот эмоций поглотил ее тело.

А внутри разрасталась печаль о том, что когда она потеряет любимого, то сразу же потеряет и лучшего друга.