Потом оттолкнулся от стены, перешагнул через тело старого мастера и пошёл дальше вглубь усадьбы, оставляя за собой тишину и мертвецов. Дуэль была окончена. Но война — нет.

Остановившись у двери кабинета Раевского, я вежливо постучал рукояткой секача.

Никто не ответил.

Впервые за долгое время я понятия не имел, что находится внутри. Стены этажа явно чем-то прошиты, и здесь будет работать только мышечная сила.

Как в старые-добрые времена.

Взявшись за ручку двери, я потянул её вниз.

Глава 3

Кабинет был пуст.

Дверь незаперта.

Переступив порог, я осмотрелся. Книжные полки с собраниями сочинений классиков в золочёных обложках, энциклопедиями, справочниками и словарями. Стандартный набор. Настенные бра, мягкие кресла, внушительный стол — полированное красное дерево. Окно на западную сторону, на пологий склон холма. С видом на усадьбы именитых соседей. Сейчас там ничего не рассмотреть, кроме россыпи огней.

Прислоняю копьё к стене у двери.

Я прикинул, что ловушки здесь по определению не должны работать.

Каббалистика невозможна в условиях энергетической блокады. Знаки и геометрические линии попросту нечем запитывать.

Тогда в чём подвох?

Моё внимание привлекла бумажка, оставленная хозяином на столе. Небольшой листок, вырванный из блокнота. Ничего не оставалось, как двинуться в том направлении, плавно перенося вес с ноги на ногу и прислушиваясь к каждому скрипу. Никто ведь не отменял механических ловушек, которые работают вне зависимости от наличия Знаков…

Снаружи было шумно.

Звон оружия наверняка привлёк внимание охранников. До моего слуха доносилась тяжёлая поступь шагателей, обеспокоенные крики, лязг оружия и доспехов. К дому стекаются гвардейцы, и времени почти нет.

Взяв со стола записку, я всмотрелся в размашистый почерк Самуила Владимировича:

Дорогой барон!

Если вы читаете это письмо, то ухитрились выжить в схватке с бойцами, которых я выписал специально для вас из Небесного Края. Это говорит в вашу пользу: уровень мастеров, которых я пригласил, довольно высок. Кроме того, они стоили немалых денег, что будет включено в счёт, который я намерен предъявить вашему Роду в будущем. А теперь к делу. Подойдите, пожалуйста, к окну и взгляните на небо.

В записке имелось ещё несколько строчек, но я выполнил указание герцога.

Небо было чистым, звёздным, по-осеннему глубоким. Метрах в трёхстах над усадьбой парило нечто округлое, мигающее навигационными огнями.

Дирижабль.

Я снова поднёс клочок бумаги к глазам.

Как вы уже догадались, я покинул усадьбу на своём цеппелине. Вы можете попытаться перебросить туда одного из своих прыгунов, но потерпите фиаско — я позаботился о блокирующей артефакторике. Это не помешает мне управлять своими людьми с помощью радио.

На этом раскланиваюсь.

Ждите следующего удара.

Искренне Ваш, С. Раевский.

Я хмыкнул.

Красиво.

В этой схватке я проигрываю, несмотря на учинённую в коридоре мясорубку.

А всё потому, что не выспался. На нервах. Много самоуверенности. Вот и не подготовился как следует. Пуговицы Михалыча сгорели после моего визита в консисторию. Надо бы новые заказать — и тогда сегодняшний косяк не повторится…

Кулаки непроизвольно сжались.

Несмотря на неприязнь к герцогскому Роду, я испытывал невольное уважение к своему противнику. Самуил Владимирович хорошо просчитывал ходы, и это при том, что на меня работают индонезийцы с Чёрным Оком.

Кажется, ночь перестала быть томной.

Дом ожил.

Мой чуткий слух уловил хлопанье дверей на первом этаже, человеческую речь, множество быстрых шагов.