- Кто? - переспросил я.

     - Кто-кто? Императрица! Видать, пива перебрал, Деспард! Я спрашиваю: что ты будешь делать, если она явится сюда? А явится она точно, если только доживет, поскольку твердо решила завоевать весь мир. Слов нет, у тебя очень неплохая добровольческая армия, но вряд ли она остановит три сотни профессиональных солдат, располагающих транспортом, самолетами, вертолетами и самым разнообразным оружием, вплоть до легкой артиллерии.

     - А что намерен делать ты? - спросил я, все еще не вернувшись к сути разговора.

     - Я? Само собой - изворачиваться и договариваться, - проворчал он и сделал основательный глоток. - Я-то знаю, что мне с ней не совладать. Зато ты можешь оказаться достаточно глупым, чтобы попытаться оказать ей сопротивление.

     Он развеселил меня. Я наконец оторвался от световых узоров, рисуемых катающимися на фоне льда.

     - Вот как? - сказал я, копируя его собственный прием ведения спора. Когда он становился так серьезен, то делался вспыльчивым, как выхлопная труба машины двадцатых годов. - Значит, если я окажусь достаточно безумным, чтобы попытаться дать ей отпор, на твою помощь рассчитывать не приходится? Так, что ли?

     - Чертовски верно! - Он неожиданно успокоился, повернулся лицом ко мне и вдруг замурлыкал, как бродячий кот-астматик:

     - Ты же умный. И не хуже меня знаешь, что существует куча способов мирно договориться. Так вот, если ты позволишь старому Деду вести переговоры - только насчет моих и твоих людей, - поверь, я знаю, как разговаривать с такими, как она...

     - Не сомневаюсь. И пока ты будешь договариваться только от нашего имени, остальным группам ради самосохранения волей-неволей придется присоединиться к нам. А это сразу наведет ее на мысль - особенно если в ходе переговоров тебе удастся ее на эту мысль навести, - что именно ты и являешься единственной реальной силой в этом районе, что говорить нужно только с тобой, а я, как и все остальные, у тебя в кармане.

     - Да пошел ты! - Он отвернулся и уставился в окно. Холодный день быстро катился к вечеру; жирный профиль Деда на фоне темнеющего неба был тосклив и сердит. - В таком случае пусть она покажет тебе, где раки зимуют. Второй раз ты от меня столь выгодного соседского предложения не дождешься!

     Я улыбнулся. Он ничего не мог с собой поделать. Уж таким он уродился: не мог не добиваться любого рода преимуществ. Видимо, он остановится только тогда, когда его окончательно оставят силы. Одно я знал совершенно точно: если потребуется союз с ним, он, при малейшем намеке, с радостью кинется мне в объятия. Я верил Биллу, который сказал, что - возникни у нас такое желание - мы без труда завоюем всех своих соседей, включая и Деда с его кланом.

     Но это не означало, что Императрица не представляет собой реальной угрозы. У старика все же была голова на плечах. Я мгновенно протрезвел.

     - Что ты там говорил насчет трехсот профессиональных солдат, авиации и артиллерии? - спросил я. - Откуда такие сведения?

     - Один из моих ребятишек недавно вернулся с западного побережья.

     - Вернулся с западного побережья? - переспросил я. - И когда же, интересно, он туда отправился?

     - Да.., некоторое время назад, - ответил он, отхлебывая пиво. Он лгал, и мне это было известно, но я просто не мог тратить полчаса, вытягивая из него правду. - Он был в Сан-Луис-Обиспо. Это бывший военный лагерь на окраине города, и она использует его как учебно-тренировочную базу. Все жители города знают о самолетах, вертолетах и пушках. А солдаты каждый вечер навещают Сан-Луис-Обиспо, чтобы пошататься по барам.