Мужчина с помощью Мартина и второго парня опустил тело на сцену. О’Феллон посмотрел на него. Это и в самом деле был Тим Маккарти. Лицо его уже успело обрести мертвенную бледность, вокруг раны на горле запеклась коричневая кровь. На груди виднелась вторая рана.

— Мы нашли его у трапа, рядом с выходом на палубу, где хранилось оружие, Сеамус. Все оружие исчезло. В том числе автомат и пистолет Тима.

— О’Феллон совершил досадную ошибку. И Тим заплатил за нее самой дорогой ценой, — медленно произнес О’Феллон, приседая рядом с телом и прикасаясь рукой к холодной щеке.

О’Феллон встал. Окинул взглядом стоящих на коленях англичан. Собранные под столами связанные женщины со страхом поглядывали на него из-под свисающих скатертей. О’Феллон почувствовал, как боль застилает его сознание, обрушив сжатые кулаки на клавиатуру, во весь голос закричал:

— Что скажет О’Феллон вдове, матери этого несчастного мальчугана?! Что? — Он схватил свой автомат и дал очередь по роялю. Деревянные осколки полетели во все стороны, женщины закричали, люди отступили назад. О’Феллон вновь повернулся к заложникам. — Его зарезали, как быка на бойне! Клянусь, мерзавец, который это сделал, дорого мне заплатит! Очень дорого! — Он спрыгнул со сцены, едва не потерял равновесия. Один из его людей попытался его поддержать. О’Феллон оттолкнул его в сторону.

О’Феллон замер на месте, слегка раскачиваясь на носках. Он часто дышал от разрывающей голову невыносимой боли. Взгляд его упал на англичанина с рыжими волосами и испуганными карими глазами. О’Феллон рывком заставил его подняться, сорвал со рта клейкую ленту, налепил ее мужчине на лоб и приставил ствол автомата к его животу.

— Будь ты проклят! — О’Феллон нажал на спуск, тело жертвы перегнулось и, когда он оттолкнул его в сторону, изо рта у него хлынула кровь. Раздались новые крики. О’Феллон повел в их сторону стволом автомата и проорал: — Мартин! Включи мне внутреннюю связь! Плевать, что для этого придется врубить электричество! Немедленно!

Он сделал шаг вперед, посмотрел на свою жертву и сплюнул на нее.

— Господи Боже...

Динамик на противоположной перегородке затрещал, и голос — прозвучавший, как голос самого сатаны — провозгласил:

— Проклятые мерзавцы, зарезавшие Тима Маккарти, единственную опору матери-вдовы! Слушайте меня внимательно! О’Феллон знает вас поименно. Кросс, Холл, Комсток. — Последовала пауза. — И член команды Элвин Лидс.

— Список пассажиров, — пробормотал Комсток. — По крайней мере, они не схватили Лидса.

— Слушайте, — вновь послышался голос. Раздался отчаянный женский крик, динамик затрещал, после чего последовал звук настолько громкий, что Кросс невольно заткнул уши. Голос из по-прежнему хрипящего динамика продолжал:

— Вы слышали, как я убил одну из английских шлюх. У меня тут собраны и английские выродки. Я буду убивать женщину и ребенка каждые пять минут, пока вы трое не явитесь ко мне в бар “Морской бриз”. Каждые четыре минуты и пятьдесят пять секунд! — Последовал громкий щелчок, за ним еще один еще более громкий. Свет погас, и вновь замерцало аварийное освещение.

Кросс оглянулся в сторону Дженни Холл и Лидекера. Дженни замерла посредине коридора. Рот ее был открыт, по щекам стекали слезы. Она достала пистолет, и у Кросса промелькнула мысль, не собирается ли она застрелиться, но девушка швырнула оружие на пол. Кросс отшатнулся на случай, если пистолет выстрелит от удара. В следующее мгновение Дженни развернулась и бегом бросилась назад по коридору.

— Комсток! — рявкнул Кросс и сунул автомат в руки англичанина.