– Было такое, – Каргин согласно кивнул.

    – Послезавтра суббота, – Паркер резким щелчком сбил пылинку с пиджака. – Приходи в двенадцать к “Старому Пью”. Постреляем.

    Он встал и, не прощаясь, двинулся к проему в подстриженных кустах, обозначавшему выход из кафе.

    – Фрукт, однако, – заметил Каргин.

    – Самоуверенный болван! – прошипела Кэти. – Наследничек…

    – А другие у Халлорана есть? Дети, там, или внуки?

    – Старик, я слышала, женщин любил, но не был женат и о прямом наследнике не позаботился, – взгляд Кэти, скользнув по лицу Каргина, переместился на пальму, усыпанную алыми цветами. – Бобби и Мэри-Энн – дети его сестры Оливии Паркер-Халлоран… Но это ничего не значит. Ровным счетом ничего!

    – Почему же?

    Кэти неторопливо навивала на палец длинную каштановую прядь.

    – Во-первых, потому что могут найтись и другие наследники. Во-вторых,

    Патрик Оливию терпеть не может. Она младше на двадцать лет и родилась в четвертом браке его отца, Кевина Халлорана. Потом связалась с нищим баронетом из Йоркшира Джеффри Паркером, а тот ее обобрал и бросил. А Халлоран британцев ненавидит. Ирландский националист, поклонник фениев… субсидировал ИРА… говорят, субсидирует и сейчас. А кроме того…

    Она замолчала, и Каргин, выждав минуту-другую, осторожно напомнил:

    – Кроме того, есть и третье, так? И что же?

    – Есть, и дело в Бобби. Старик уверен, что лишь настоящий мужчина может возглавить компанию, а Бобби…

    – Бойскаут? Или плейбой?

    – Глупец, фанфарон и самовлюбленный идиот… корчит из себя супермена…-

    Кэти передернула плечами. – Любитель патронов большого калибра, больших машин и волосатых задниц. Может и свою подставить, не сомневайся!

    Присвистнув, Каргин заметил:

    – Я вижу, ты в курсе всех семейных дел!

    – Если ты о пристрастиях Бобби, так в этом нет ничего секретного…– Кэти оперлась подбородком на переплетенные пальцы, продолжая глядеть куда-то мимо Каргина; лицо ее приняло задумчивое выражение. – Видишь ли, Керк, я из хорошей семьи, но небогатой, и манна мне с неба не падала. Был один случай, был да сплыл… А раз сплыл, то я решила, что позабочусь о себе сама. Найду богатого парня, вскружу голову и увезу в Париж…– она вдруг лукаво сощурилась и заглянула Каргину в глаза. – Кажется, твой отец – генерал? Наверное, он человек богатый?

    Каргин, расхохотавшись от души, поднялся.

    – Выстрел мимо, бэби! Старый русский генерал – это тебе не новый русский!

    – он подхватил девушку под локоток. – Ну, пойдем… Пора трудиться.

    Отец его был из кубанских казаков, служивших Отечеству верой и правдой без малого два столетия, но кроме чести, ран и орденов не выслуживших ничего ни у царей, ни у самодержавных генсеков. Отец никогда и не жаждал богатства, повинуясь иному императиву, ясному и четкому: солдат должен служить, сражаться и защищать. Что он и делал тридцать лет, пока не лишился пальцев на ноге во время штурма Панджшерского ущелья.