Изменить размер шрифта - +
Он тут же узнал мужчину в лодке. Его звали Нюгрен, на соседнем островке у него была маленькая верфь, и он являлся их ближайшим соседом. Поскольку у них на островке не было пресной воды, то за водой они ездили к нему. Кроме того, он имел телефон.

Нюгрен выключил мотор и крикнул:

– Вам кто‑то звонил. Вы должны позвонить как можно скорее. Я записал номер на листке бумаги возле телефона.

– Не знаете, кто это был? – спросил Мартин Бек, хотя это ему уже было ясно.

– Это я тоже записал. Мне сейчас нужно в Шерхольм, а Эльза ушла собирать землянику, но дверь в кухню открыта.

Нюгрен снова запустил мотор и, стоя на корме, направил лодку в широкий пролив. Он помахал рукой перед тем, как скрыться за мысом.

Мартин Бек некоторое время смотрел ему вслед. Потом пошел на причал, отвязал лодку и поплыл к причалу Нюгрена. Он греб и думал, проклиная все на свете, что в этом весь Колльберг: едва только забудешь о его существовании, он тут как тут.

На листке бумаги под настенным телефоном в кухне у Нюгрена было неразборчиво нацарапано: Хаммар 54–00–00.

Мартин Бек набрал номер и, пока ждал соединения, у него впервые появилось предчувствие, что его предали.

– Хаммар, – сказал Хаммар.

– Это Бек. Что случилось?

– Послушай, Мартин, мне ужасно неприятно, но, к сожалению, я вынужден попросить тебя вернуться как можно скорее. Возможно, тебе не удастся отгулять отпуск до конца.

Хаммар несколько секунд помолчал.

– Я имею в виду, если ты, конечно, захочешь.

– Не удастся отгулять отпуск до конца? Я практически еще и одного дня не пробыл в отпуске.

– Мне действительно очень неприятно, Мартин, но я не стал бы просить тебя, если бы в этом не было крайней необходимости. Ты можешь приехать еще сегодня?

– Сегодня? А что, собственно, случилось?

– Было бы хорошо, если бы ты успел приехать еще сегодня. Дело в том, что это очень важно. Ты обо всем узнаешь, когда приедешь.

– Пароход отправляется через час, – сказал Мартин Бек и посмотрел в засиженное мухами окно на сверкающую под солнцем водную гладь. – Неужели это в самом деле так важно? Разве Колльберг или, например, Меландер…

– Нет. За это должен будешь взяться ты. Похоже на то, что кое‑кто исчез.

 

III

 

Когда Мартин Бек открывал дверь в кабинет шефа, было без десяти час и он пробыл в отпуске ровно двадцать четыре часа.

Старший криминальный комиссар Хаммар был коренастый мужчина с бычьей шеей и густыми седоватыми волосами. Он неподвижно сидел в своем вращающемся кресле, положив руки на стол, и сосредоточенно занимался тем, что – как утверждали злые языки – было его самым любимым занятием, другими словами, ничегонеделанием.

– А, это ты, – кисло сказал он. – Самое время. Через полчаса тебе нужно быть в МИДе.

– В министерстве иностранных дел?

– Именно так. У тебя встреча вот с ним. Хаммар брезгливо держал визитную карточку за один уголок кончиками указательного и большого пальцев, словно это был лист салата с толстым червем. Мартин Бек прочел фамилию. Она абсолютно ничего ему не говорила.

– Высокопоставленная особа, – произнес Хаммар, – утверждают, что он в очень близких отношениях с министром.

Он помолчал и добавил:

– Я о нем тоже никогда в жизни не слышал.

Хаммару было пятьдесят девять лет, и в полиции он служил с 1927 года. Политиков он недолюбливал.

– Ты не выглядишь таким обиженным, каким мог бы выглядеть, – сказал Хаммар.

Мартин Бек с минуту поразмышлял над его словами и пришел к выводу, что слишком сбит с толку для того, чтобы разъяриться.

Быстрый переход
Мы в Instagram