Коннор хлопнул в ладоши.

— Ну так что, где наша провизия?

Оуэн поднял рюкзак.

— Все здесь.

— Значит, вы готовы?

— Готовы на все, как Ким со своими сиськами, — пошутил Чад, и все снова загоготали.

— Тогда идем, — скомандовал наконец Коннор. — Идите за мной, дорога прямо здесь.

Четверо подростков вышли из сада в лес, скрывший от них палящее полуденное солнце. Они обогнули заросли ежевики и шагали среди высоких папоротников, пока наконец не оказались на просеке, которая шла перпендикулярно Ферме.

— Это тропа охотников? — спросил Оуэн.

— Да, еще тут ходят грибники, а ночью даже лоси и крупная дичь, — ответил Коннор, который, по-видимому, знал, куда двигаться. — Дорога идет до холмов и выше на гору Венди, но мы срежем путь и повернем раньше.

Чад восхищался самоуверенностью, которая сквозила в речи Коннора. Он был всего на год старше Чада, но, кажется, обогнал его на многие световые годы во всем, что действительно имело значение.

Издалека донесся собачий лай, и Чад спросил двоюродного брата:

— Ты запер Смауга в доме, правда же?

Напряжение между ними после того случая с укусом постепенно сошло на нет. Оуэн стоял на своем и говорил, что он тут ни при чем, а гнев Чада прошел через несколько дней. Он справедливо рассудил, что проще простить брата, чем играть одному.

— Да, в кухне. В любом случае, не думаю, что он бы с нами пошел, ему не нравится этот лес. Думаю, он боится. Тут стремно, скажите, ребят?

— Чего ты боишься? — спросил Коннор.

— Не знаю.

Кори положил руку Оуэну на плечо.

— Спокойно, больше никаких испытаний, мы здесь, чтобы повеселиться.

Он дружески подмигнул, и Оуэн кивнул.

Они шли в хорошем темпе совсем одни. Никто не встретился им по пути. Чад подозревал, что местные знают тропы посветлее и пошире, но Коннор хотел впечатлить новеньких и нарочно выбирал самые дикие места. Деревья склонялись все ниже, склоны вели к невидимым вершинам по мере того, как они удалялись от Мэхинган Фолз, тут и там возникали все более массивные скалы цвета охры. Они почти полностью вытеснили деревья, хотя некоторые из них были покрыты корнями, тянувшимися к изумрудному ковру из мха. На высоте щебетали птицы, и мальчики обливались потом, старательно следя за каждым шагом. Надо было обходить кочки, уворачиваться от низких веток и отмахиваться от насекомых, которые вились вокруг. И все же мальчикам было весело. Они молча наслаждались прогулкой, представляя сотню возможных приключений, или болтали, обмениваясь похабными шутками, держась от смеха за живот и хватаясь друг за друга, чтобы не упасть.

Когда дорога свернула к северо-западу, Коннор сошел с тропинки и повел ребят вдоль склона, прямо через заросли кустов, деревья и высокую траву.

— И это называется «срезать»! — заныл Чад, отрывая колючки, которые прицепились к шортам.

— А я говорил вам надеть длинные брюки! — сухо отрезал Коннор.

Чад передразнил его за спиной, и Кори с Оуэном ухмыльнулись.

— Куда мы идем? — спросил наконец Оуэн.

— Купаться.

— Но… мы же не брали плавки!

Коннор на секунду обернулся:

— Голышом искупаешься, значит!

— Или в трусах, — вставил Кори. — Я собираюсь так сделать.

— У кого-то в этом лесу есть бассейн? — удивленно спросил Чад с детской наивностью.

— Пруд, — объявил их предводитель. — За фермой Тейлоров. Но сперва надо выбраться из чащи, а Мэхинган Фолз этого не любит.