Поставив с помощью зелья Мирона на ноги, ребята отвезли паука к нам и выгрузили его между домом и таверной.

Очень не хватало какого-нибудь склада или мастерской, но Фил, как наш счетовод, предложил элегантный выход.

Он оббежал весь рынок и барахолку. Которые, казалось, работали чуть ли не круглосуточно, и притащил к дому самый настоящий шатёр.

Шатёр был поврежден в одной из пьяных драк и торговец запросил за него всего семь серебрушек. Сошлись на трех.

Шатёр с помощью Алексии и Айны, безжалостно разрезали, опалили края и пробили медные заклепки.

Затем, при помощи солдат Жижека и воздушной поддержки Алексии, получившийся тент натянули между домом и таверной.

А учитывая, что наш домик и таверна находились, грубо говоря, во внешнем поясе — то есть прямо под боком у пограничной стены, получилось очень даже удобно.

Три стены и крыша из белоснежного шатра.

У меня на губах вертелся вопрос про четвертую стену, но и тут ребята смогли меня удивить.

Те двадцать щитов, которые за бесценок купил Роман, оказались осадными щитами западников.

Мало того, что на каждом была выбита руна Прочности и Сопротивления огню, так ещё, составленные в ряд щиты, при наличии накопителя, превращались в монолитную стену.

Изначально Роман планировал использовать их вместо окон.

Щиты отлично держали жар, а колесики, опять же при наличии накопителя, уходили под землю, превращаясь в недвижимое укрытие.

Паука завезли в образовавшийся ангар, из десятка щитов сделали стену, а остальными закрыли внешние окна, заранее спасаясь от дневной жары.

Дальше был мой триумфальный забег, кровопролитная стычка у ворот, и мы, по местным меркам стали богачами.

Правда бо́льшая часть паучков-разведчиков оказалась испорчена богатырскими ударами Мирона.

Самому мне на это посмотреть не удалось, но, по словам Фила, Славик чуть было не избил Мирона за злостную порчу големов.

Ну а потом была транспортировка и разбор трофеев, завтрак, беседа с заглянувшим на огонек капитаном и, спонтанный сбор у моей койки.

— Слушайте ребят, — я прикоснулся рукой к тому месту, где раньше висел амулет. — А как вы поняли, что ранг подняли?

— Амулет же, — прогудел Мирон. — Да и не перепутать это чувство ни с чем! Поскорей бы к стеле!

— Роман, а что ты говорил про представителя княжества?

— Сейчас сами всё узнаете, — мрачно ответил Дубровский, кивая на дверь. — Не стоит стоять перед дверью, заходите!

Дверь тут же распахнулась и в дом, вместе с волной жара, зашла копия Филиппа.

Упитанный толстячок в партикулярном платье с тростью и цилиндром. Улыбающееся лицо, внимательные глаза, мягкая кошачья походка.

В общем, княжеский представитель хоть и казался добродушным толстяком, на деле ощущался как опасный противник.

Уж слишком плавные движения для его комплекции и слишком пристальный взгляд…

— Добрый день, господа гимназисты! — толстячок отвесил небрежный поклон нам и поуважительней Роману. — Меня зовут Акакий…

— … Иванович? — предположил я, чудом удержавшись от короткого хохотка.

— Все верно, — Акакий Иванович неодобрительно посмотрел на меня и продолжил. — Ранг: пять-пять-три. Представитель князя в Пограничье.

— Чем обязаны? — со скукой протянул Роман, но от меня не скрылось его тщательно скрываемое волнение.

— О! — расплылся в улыбке толстячок. — Всего-то хочу предложить вам организовать телепорт до стелы и обратно.

— Мы с радостью… — начал было Мирон, но тут же осекся под нашими с Романом взглядами.