– Ба! Иногда он терпит мое присутствие, – сказал Лансинг, в голосе которого зазвучала горечь. – Это его злит, но это его плата за мои услуги. – Монстр помолчал. – Ты ведь и есть тот самый человек, который нашел ее в ту ночь, не так ли?

– Молли Стабтон? – уточнил Таддеус. – Я узнал твою подпись убийцы – коробочку с румянами.

Энергия затрепетала.

– Какого дьявола ты все вспоминаешь об этих румянах? – воскликнул Лансинг.

– Это меня интригует. А что случилось с трупом? – поинтересовался Таддеус. – Мне это любопытно. После такого убийства пресса должна устроить настоящий скандал – в точности такой же, какие вспыхивали после других твоих убийств.

– Как только дождь перестал, я опустил ее тело в яму в лесу, – сообщил Лансинг. – Понятное дело, могилу я никак не отметил, так что никому ее не найти. Да и кто будет искать!

– Но в галерее ты все-таки оставил около тела коробочку с румянами, – напомнил Таддеус.

– Она была такой же дешевой шлюхой, как и другие.

– Не такой уж дешевой, насколько мне известно, – возразил Уэр. – Она же была любовницей Делбриджа.

– Мне наплевать, сколько бриллиантов и платьев он ей подарил! – возмутился Монстр. – Она была потаскухой, ничуть не лучше любой потаскухи. Вот я и убил ее как потаскуху.

– И Делбридж не возражал против этого?

Лансинг захихикал.

– Это он дал мне указание избавиться от нее, – сказал он. – Она была нужна для определенной цели и свое предназначение выполнила.

– Немного странно, что он захотел, чтобы ты убил ее в его доме, да еще в ночь, когда особняк был полон гостей, – заметил Таддеус.

– Он приказал мне привезти ее сюда после вечеринки и только тут сделать свое дело. Но я понял, что она что-то заподозрила, вот у меня и не осталось выбора, так что пришлось убить ее прямо в галерее.

– Должно быть, это разозлило Делбриджа.

Лансинг рассмеялся:

– Он был в ярости, однако он не настолько глуп, чтобы ссориться со мной. Мне доставило удовольствие смотреть, как он злится. Кстати, благодаря этой истории Делбридж наконец-то понял, что он мне не хозяин.

– А тебя не волнует, что в один прекрасный день он поймет, что и ты тоже стал для него бесполезен? – поинтересовался Таддеус.

– В отличие от Молли меня некем заменить, – заявил Лансинг. – И Делбриджу это известно.

– Иными словами, ты для него – всего лишь подходящий инструмент.

– Это неправда! – взревел Лансинг. – Я гораздо сильнее Делбриджа! Я – высшая форма человека!

– И, несмотря на это, ты выполняешь приказания Делбриджа, – усмехнулся Таддеус. – Для меня это тоже самое, что быть инструментом.

– Я – сам себе хозяин, сукин ты сын! – Голос Лансинга поднялся почтило визга. – Меня устраивает такое положение, когда Делбридж считает, что я выполняю его приказания, но, в конце концов, все достанется мне. Все, ты меня понимаешь?! Включая место за столом в Третьем Круге, о котором он так мечтает!

– Что еще за Третий Круг? – удивился Таддеус.

– Он не догадывается, что я знаю, что у него на уме, – продолжал Лансинг, словно не слыша вопроса Таддеуса. Его энергия опять тяжело запульсировала, становясь еще темнее и сильнее. – Он считает, что если моя мать была пьяницей и шлюхой, то я тоже полное ничтожество!

– Так твоя мать была проституткой? – Таддеус говорил холодным и задумчивым тоном, словно он задал этот вопрос исключительно из академического интереса.