– Черт побери! – Схватив Леону за руку, Таддеус потащил ее за собой в дальний конец улицы. – Ну и провал! Мы должны немедленно убраться отсюда, прежде чем она заметит, что ты женщина. Не могу же я загипнотизировать весь квартал.

Фог с готовностью побежал следом за ними, ожидая, что начнется новая игра.

– Ради Бога! – задыхаясь, вымолвила Леона. – Нет причины беспокоиться. Никто не мог узнать меня.

– Насколько я помню, ты говорила то же самое в ту ночь, когда мы были вынуждены убегать из особняка Делбриджа. Однако его ручной убийца не только разыскал тебя, но еще и влез в твой дом и украл этот чертов кристалл.

– Послушайте, сэр, вы что, собираетесь вечно припоминать мне этот маленький инцидент?

– Думаю, да, – кивнул Уэр.

Наконец хозяин ретировался в переднюю и закрыл за собой дверь. А Таддеус спустился с крыльца и вернулся в кеб. Леона сразу же почувствовала, что разговор с человеком из Скотленд-Ярда о смерти Лансинга ничуть не снизил его напряжения.

– Детектив Спеллар займется телом и завершит расследование, – проговорил Таддеус, едва сдерживая ярость. – Он один из первых, кто заподозрил, что Полуночный монстр – охотник. Если повезет, он обыщет дом Лансинга и найдет доказательства его вины. У убийцы наверняка обнаружатся записи его преступлений. Он же очень гордился своей работой.

Не нужен был кристалл для того, чтобы понять: настроение у Таддеуса по-прежнему не из лучших. Фог отреагировал на это, уважительно уставившись на него – этакий солдат, ожидающий приказаний от своего командира. Леона забарабанила пальцами по сиденью. Шок, вызванный видом трупа Лансинга, сменился нервным облегчением. Однако теперь это чувство перерастало в раздражение, граничащее с гневом.

К тому времени, когда они вошли в темный особняк, терпение Леоны было готово лопнуть.

– Иди спать, – сказал Таддеус. – Поговорим утром.

Этого оказалось достаточно. Тот факт, что она должна была выполнить приказание Таддеуса, еще больше разъярил Леону.

– Да как ты смеешь? – процедила она сквозь зубы.

Уэр направился в библиотеку, не обращая на нее внимания. Бросив на спинку дивана пальто, он зажег свет и подошел к столику со спиртным. Леона вбежала в комнату следом за ним, закрыла дверь и прислонилась к ней, судорожно вцепившись в ручку.

– Ты не имеешь права приказывать мне, Таддеус! – прошептала она яростным тоном.

– У меня есть все права. – Вынув пробку из бутылки бренди, он плеснул содержимого себе в бокал. – Пока ты гостья в моем доме, будешь поступать так, как я говорю.

– Хочу напомнить тебе, что это ты попросил меня переехать к тебе, – произнесла Леона, едва скрывая раздражение. – И теперь я понимаю, что мое молчаливое согласие на переезд ты воспринял неправильно, в результате чего в нашем объединении может возникнуть серьезное недопонимание.

– Вот как? В нашем объединении? – Наградив Леону непонимающим взглядом, он опрокинул в горло половину бренди из бокала. – Ты называешь это «объединением»? Судя по твоему тону, речь идет о деловом партнерстве.

– Что ж, в некотором роде так оно и есть, – заявила Леона.

Она тут же поняла, что совершила серьезную ошибку. Невидимые глазу потоки неистовой энергии, колеблющейся вокруг Таддеуса, угрожающе подскочили вверх, словно языки бушующего пламени.

Уэр деланно осторожным движением поставил бокал на стол и в три длинных шага пересек библиотеку.