Таддеус рассмеялся.

– Этого мало для того, чтобы привести мою семью в ужас, – уверенно произнес он.

– Таддеус, я говорю совершенно серьезно.

– Ты же сама говорила мне, что, работая с дядей, всегда была осторожна, носила густую вуаль, устраивала консультации в полутемных комнатах.

– Дядя Эдвард всегда говорил мне, что люди предпочитают все таинственное.

– Да, возможно, это верно, но я подозреваю, что он советовал тебе носить вдовье платье и вуаль как раз на тот случай, если произойдет что-то непредвиденное. Такой маскарад должен был защитить тебя, – сказал Уэр.

Леона заморгала, она явно не ожидала от него таких слов.

– Мне это никогда и в голову не приходило, – призналась она.

– Это понятно, потому что твой дядя никогда не говорил о том, что его совет скрыть твою внешность носит чисто практический характер.

Леона вздохнула.

– Полагаю, что-то в твоих словах есть – пожалуй, он должен был кое-что предвидеть, – согласилась она.

– Ни один из инвесторов твоего лица не видел, не так ли?

– Верно.

Таддеус развел руками.

– В таком случае нет причины беспокоиться о том, что кто-то узнает тебя на балу. Честно говоря, я сомневаюсь в том, что возникли бы какие-то проблемы, даже если бы твои клиенты видели твое лицо на консультации.

– Как ты можешь говорить такое? – Она была в замешательстве.

Таддеус улыбнулся.

– Люди видят то, что хотят видеть, – вымолвил он. – Тебя бы не узнали по той простой причине, что никому и в голову не пришло бы, что у племянницы Пайпвелла хватит духу появиться на первом Весеннем балу под руку с племянником одной из его самых главных жертв.

– Что?!

– Ты помнишь лорда Треноуэта? Того самого джентльмена, который первым заподозрил Пайпвелла и поднял тревогу, которая и привела к скандалу?

– Святой Господь! Это твой дядя?

– Со стороны матери, – пояснил Таддеус.

– Боже мой! – Покачнувшись, Леона забилась в уголок дивана. – Мой дядя лишил Треноуэта нескольких тысяч фунтов стерлингов.

– Пользуясь позитивным мышлением, которое, как мне тут недавно сказали, является самым лучшим руководством к действию, можно убедить себя, что дядя без проблем пережил эту потерю. Мой дядюшка – состоятельный человек. Пайпвелл задел его честь серьезнее, чем банковский счет.

Леона закрыла лицо руками.

– Не знаю, что и сказать, – прошептала она.

– Скажи, что позволишь мне сопровождать тебя на Весенний бал.

Леона медленно подняла голову, ее глаза прищурились.

– А почему тебе так хочется, чтобы я пошла на бал? – поинтересовалась она с подозрением.

Наклонившись вперед, Уэр сложил руки на столе.

– Признаюсь тебе, что когда тетушка утром предложила мне это, для меня ее предложение… заманчивым не показалось, – проговорил он. – Но с тех пор мое мнение изменилось.

– Почему?

– Потому что этот поход может помочь нам в поисках камня утренней зари.

Несколько мгновений у Леоны был такой вид, словно ее поразила молния.

– Таддеус! – Вскочив с дивана, она бросилась к столу, оперлась руками о столешницу и наклонилась к Уэру, ее взор пылал от возбуждения. – Бал входит в часть твоего плана по поиску кристалла?! Каким образом?

Таддеус вновь откинулся на спинку стула, наслаждаясь эффектом, который его слова произвели на ее ауру, подействовать на которую было не так-то просто.