Только вот когда я в последний раз встречал его в столице, он весил раза в полтора больше. И доклады обещали мне сделать из него какого то практически умудрённого годами старца, а не местного франта в расцвете лет. Он не женат. Надо было забеспокоиться в тот момент, когда я услышал, что этот драный тип не женат.

– Я недолго курировал лабораторию Лаэма, моего брата – ту самую, где Эларин работала. Мы пересеклись там на пару недель, – отвечаю я, начисто игнорируя любезности франта.

– Да, всего пару недель, – выдаёт беглянка. – Ничего особенного.

Ужасно холодный тон.

Вино в её бокале, или что она там пьёт, сейчас покроется ледяной коркой.

Ничего особенного?

И тут я понимаю кое что ещё хуже. Я не видел её два месяца. А теперь, встретив вот так – не знаю, что сказать.

– Я украду вашу спутницу ненадолго? – единственное, что приходит в голову. На миг глаза Эларин расширяются.

– В этом нет необходимости.

– Эларин преуменьшает свою роль в работе нашей лаборатории. Она была очень ценной сотрудницей. У меня осталась пара вопросов по делам, которые она вела, и раз уж мы так удачно и случайно встретились, хотелось бы их задать.

Франт поправляет шейный платок, но лишь улыбается – никакой угрозы своему интересу к Эле он не видит. И это злит больше всего! Я едва удерживаюсь от желания схватить её за руку и вытащить на улицу прямо отсюда, на глазах у него и у всей благочестивой публики.

С трудом смотрю, как она идёт – скованно, словно игрушечный солдатик.

– Что вам нужно?

“Вам”. Женщина, которая раздевала меня, которая горячо стонала мне в губы, снова со мной на “вы”.

– Я не могу подойти и спросить, как у тебя дела?

Её глаза сверкают. Я почти жду какого нибудь упрёка – за то, что повод её увести я нашёл дурацкий, за то, что вообще подошёл к ней как идиот, лишённый зачатков фантазии.

Но она только смотрит на меня – холодно и отчуждённо.

От этого холода что то опять сжимает грудь. Давит на рёбра, стискивает внутренности, будто пытается вырвать из меня испорченный чарами кусок мяса, оставив куда более спокойную пустоту.

Если я очаровал её магией, то что она сделала со мной?

Так хочется схватить её за руки. При всех. Хочется сжать её плечи, встряхнуть, вгрызться в её губы – чтобы разбудить проклятое волшебство. Чтобы она снова хоть на минуту стала той страстной девчонкой, которая оставляла поцелуи на моём теле – или хотя бы швыряла в меня мебель.

– В прошлый раз вас не очень интересовали мои проблемы и успехи.

– В прошлый раз мы общались на “ты”.

Она снова вздыхает – и еле заметно морщится. А потом говорит:

– Лорд Траяр. Вы вынудили меня покинуть ваш гостеприимный дом. Если хотите прогнать меня и с этого приёма – у вас, несомненно, получится. Но если вам это не слишком нужно, пожалуйста, оставьте меня в покое.

Холод и безразличие.

И абсолютно серьёзный, правдивый, без тени наигранности тон.

Такая она – настоящая со мной?

Несколько секунд я сжимаю зубы. Кажется, и руки тоже. С трудом не даю прорваться магии – с мыслью, что обещал себе лучше её контролировать. А потом шагаю назад как в тумане.

Она молчит.

И я не придумываю ничего лучше, чем сухо кивнуть и смотреть, как она снова уходит к своему франту, будто боится его оставить. Разворачиваюсь тоже.

Когда я возвращаюсь к светским разговорам, они кажутся пустыми как никогда.

Глава 15

Эларин

– Принести тебе чего нибудь? Ты что то побледнела, Эла.

Я вроде бы слушаю Керрая, но его слова пролетают мимо, сливаясь с шумом знатной толпы, с голосами и негромкой музыкой вокруг.