Мелисса растерянно захлопала ресницами.

— Как ты можешь так думать? Как можешь?!

— А что еще мне остается? — Голос его звучал по-прежнему бесстрастно. — А что еще мне остается? — повторил Луиджи. — Если ты с улыбкой сообщаешь мне, что возвращаешься в отель ждать Джованни!

— Но могу ли я поступить иначе? — потрясенно отозвалась Мелисса. — Ты же знаешь, как много Джованни для меня значит!

Сапфирово-синие глаза потемнели до графитово-черного оттенка. Луиджи себя не помнил от ярости. Гнев накатил внезапно, словно шторм разыгрался на море, и застал его врасплох. С каким невозмутимым благодушием Мелисса ставит его в известность, что возвращается к своему богатенькому покровителю!

— А я полагал, ты знаешь, как много значишь для меня! — передразнил ее Луиджи, в точности воспроизводя интонации собеседницы.

При этих словах молодая женщина точно окаменела.

— Я — знаю? Что я такого знаю, Луиджи? Мы провели здесь около двух недель — ты и я. И для меня это была волшебная сказка. Лучшее, самое счастливое время в моей жизни! Но откуда мне знать, что чувствуешь по этому поводу ты?

Ее зеленые глаза расширились, в них плескалась боль. И тут Луиджи все понял. Молодая женщина просто не догадывается, что он ей уготовил. Буря в его душе разом улеглась, взгляд потеплел.

Луиджи встал из-за стола и подошел к ней. Завладел ее руками. Взглянул ей в лицо, в это прелестное, обворожительное, выжидательно нахмуренное лицо. Вот теперь он решился. Стоило Мелиссе упомянуть о возвращении Джованни, и сомнениям места не осталось. Ему нужна Мелисса, и он оставит ее себе. Будь ее покровителем кто угодно, не только Джованни, он все равно пожелал бы ее — и отбил бы у соперника, непременно отбил бы! Страсть ослепляла Луиджи, лишала способности рассуждать здраво — как в тот вечер, когда он овладел ею впервые.

Да, Мелисса останется с ним, и никто и ничто ее не отнимет. Мелисса — законная собственность его, Луиджи дель Кастаньо!

— Мелисса, я не могу с тобою расстаться, тихо произнес он. Синие глаза его светились мягким внутренним светом. — Я хочу, чтобы мы были вместе. Я увезу тебя в Рим, и ты будешь моей, слышишь! Перед миром и людьми!

Молодая женщина глядела на него затаив дыхание. Правильно ли она расслышала? Не обманывает ли ее слух?

Именно об этих словах она мечтала, даже не надеясь, что когда-либо ее мечта сбудется. То самое заветное, неназываемое чувство всколыхнулось в груди, угрожая выплеснуться наружу.

— Ты… серьезно? — еле слышно прошептала Мелисса.

Посмеет ли она поверить? Посмеет или нет?

Сердце билось так, что едва не выскакивало из груди.

— Ты во мне сомневаешься? — мягко пожурил ее Луиджи. — Ты же меня просто заворожила! Заставила забыть обо всем на свете, кроме тебя!

Глаза молодой женщины засияли как звезды. Луиджи по-прежнему глядел на нее сверху вниз, и ему это очень нравилось. Очень нравилось, что Мелисса смотрит на него сияющими как звезды глазами. Для вящего эффекта он поднес к губам ее руки и нежно поцеловал каждую по очереди.

— Мне все равно, кто ты. Не хочу об этом даже думать. Теперь ты моя, и важно мне только это, и ничего больше. И я хочу, чтобы ты стала моей…

Луиджи прервался и прислушался. Вдали послышался слабый, но с каждой минутой нарастающий рокот. И шел он откуда-то с моря.

Мелисса отпрянула. Отчего Луиджи умолк — и в такой момент? И тут она тоже услышала посторонний звук.

— Что это? — встревоженно спросила молодая женщина.

Звук между тем приближался. И неуклонно набирал силу.

Луиджи посмотрел на Мелиссу, потом в сторону моря.