На бесконечно долгое мгновение «живая картина» словно застыла. Тишину нарушил Джованни — глухо зарычав, он бросился на обидчика.

— Ты смеешь похваляться передо мною тем, что обольстил мою дочь?! — взревел он.

Глава 5

Могучий кулак, описав широкую дугу, устремился прямо в лицо Луиджи. Мелисса пронзительно завизжала. Луиджи машинально заблокировал удар, выпустив при этом молодую женщину.

— Дочь? — прошипел он. — Ты что, за идиота меня принимаешь? Или, может, жену свою считаешь полной дурочкой? Бедная моя сестра, моя оскорбленная в лучших чувствах Лаура! Лаура, что, лежа на больничной койке, заклинала меня помочь ей! Лаура, что рыдала в моих объятиях, потому что ее неверный супруг потерял голову от двадцатилетней соплячки, которую подобрал в американском аэропорту! Тебе стоило лишь подмигнуть потаскушке — и она в тот же день прыгнула в твою постель!

Где-то рядом раздался глухой стон. Луиджи пропустил его мимо ушей. С искаженным от ярости лицом он по-прежнему изо всех сил удерживал занесенную руку Джованни.

Тот резко выдернул руку и отпрянул назад.

— Ты ничего не понимаешь, — хрипло произнес он. — Мелисса — моя дочь. Дочь, о существовании которой я до недавнего времени даже не подозревал. Я столкнулся с ней в чикагском аэропорту «О'Хара». Она… она как две капли воды похожа на свою мать. Я знал ее мать… много лет назад. Задолго до того, как повстречал Лауру. Я увидел Мелиссу и принял ее за Барбару, за мою Барбару. Сходство просто поразительное, даже жутковато делается. Я не мог не обратиться с ней… Мы разговорились, и… — Голос Джованни дрожал от сдерживаемого чувства. — И я вдруг увидел, что все сходится. За девять месяцев до того, как родилась Мелисса, я был близок с Барбарой, ее матерью. Она так мне ничего и не сказала… Я так и не узнал, что она ждала от меня ребенка. И вот совсем недавно обнаружил, что у меня есть дочь. Взрослая дочь.

Луиджи окаменел. Только на щеке его подергивался мускул.

— Твоя дочь? Ты хочешь сказать, что Мелисса — твоя дочь? — недоверчиво переспросил он.

— Ты же говорил, что все знаешь, — еле слышно прошептала молодая женщина. Голова у нее кружилась, к горлу подкатывала тошнота. — Ты говорил, что знаешь все про Джованни и меня.

Но Луиджи услышал и обернулся на голос. Мелисса судорожно цеплялась за край стола, чтобы не упасть.

— Я считал, что ты его любовница, — ровно и бесстрастно ответил он.

— О господи! — задохнулась молодая женщина, закрывая рот ладонью. — Как ты только посмел такое подумать?

— Легко. — Теперь в его голосе звучала нескрываемая горечь. — Мне сказала сестра. Мог ли я усомниться в ее словах?

Мелисса вскинула глаза. И это тот самый человек, которого она обнимала совсем недавно? Нет, перед ней безжалостный, циничный, холодный незнакомец.

— И все это время… — Голос ее беспомощно прервался. — Все это время ты принимал меня за… за любовницу Джованни… — Молодая женщина с трудом выговорила ненавистное слово. Ее трясло от негодования. — Боже мой, боже! — Она пошатнулась, с трудом удержавшись на ногах.

— Мелисса! Дитя мое любимое! — Джованни протянул к ней руки.

Молодая женщина покачала головой. И вдруг, горестно вскрикнув, опрометью бросилась в дом, ища укрытия в ванной.

Мир стремительно вращался вокруг нее. И не только вращался — земля раскачивалась, колебалась, уходила из-под ног.