|
- Я знаю, что экзамен выдержала, и хотела бы, чтобы и вы да и все остальные в этом убедились. Виев первым прошел в конференц-зал, где заседала комиссия, потом туда пригласили Вилену с отцом. Здесь кроме членов комиссии, расположившихся за длинным столом, на стульях вдоль стен сидело много космонавтов и претендентов в звездолетчики. Заседания отборочной комиссии всегда бывали открытыми. - Я от всей души сожалею, - начал профессор Шилов, когда Вилена, войдя, садилась на краешек свободного стула рядом с отцом, - что оценка поистине сизифова труда соискательницы все-таки неблагоприятна. Нам приходится, склонив головы, согласиться с этим. - Нет, - сказал Виев, - у меня есть основания просить комиссию взять оценку под сомнение и самим прослушать запись экзамена. Шилов продолжал, глядя на свои ногти: - Все-таки я не вижу основания отказываться от принятых прежде решений. Мы одобрили мысль уважаемого Ивана Семеновича - поручить экзамен машине, которой ничто человеческое не мешает сделать беспристрастный вывод. Логично ли теперь предлагать людям со всеми им присущими слабостями решать судьбу Вилены Юльевны Ланской-Ратовой? Что касается меня, члена комиссии, то я... я все-таки не убежден в своей способности судить объективно. - Я не поставил бы этого вопроса перед комиссией, если бы не желал опровергнуть самого себя, - решительно заявил Виев, - и в части машинного экзамена, и относительно своих идей звездоплавания. Надеюсь, я имею право просить комиссию высказать свое мнение по такому важному для ее председателя вопросу? - Это право Ивана Семеновича, - сказал академик Руденко. - Если он желает, чтобы мы выслушали, в чем его опровергают, отказать ему в нашей защите неучтиво. Два члена комиссии поддержали академика. Шилов хотел было возразить, но, взглянув на Вилену, промолчал. Зал зашумел. Сидевшие у стен космонавты наклонялись друг к другу и откровенно и сочувственно смотрели на Вилену. Члены комиссии разложили перед собой блокноты. В зале зазвучал бесстрастный, металлический голос электронного экзаменатора. Вилена ощущала его как живое враждебное существо, хотя это было нелепо. Слышался и ее голос. Он звучал взволнованно, порой даже увлеченно. Члены комиссии кивали и переглядывались. У Вилены от возмущения электронной машиной внутри все клокотало, бурлило, она была вне себя, но ничем не выдала своего состояния, потому что была уверена в себе. Покончив со "школьными" вопросами по математике и физике, машина наконец перешла к главному - к принципам звездных рейсов... - Применение нейтринных двигателей взамен морально устаревших фотонных, - послышался голос Вилены, - прогрессивно и обещающе, однако малоэффективно. Шорох пронесся по залу. |
