|
Ведь еще ничего не решено! А сама осталась в звездном городке. Ей хотелось поговорить с Шиловым. При одной только мысли об этом зеленоватые глаза ее суживались. Но Шилов все не шел. Вилена стояла на ветру в липовой аллее городка и наблюдала, как ветер гнал сухие листья. Наконец она увидела вдали Шилова, идущего с высоко поднятой головой в мягкой шляпе. Рядом с ним шагал Костя. Они о чем-то возбужденно говорили. - Это ваш долг, Званцев, - внушительно убеждал Шилов. - Вы, как член экипажа, должны все-таки понимать, в каком положении оказались все отобранные. Надо помочь комиссии. Кроме того, проверить, верно ли сделан выбор. Именно поэтому вы обязаны сказать... ей так, чтобы она поверила вам, и сказать немедля. В конце концов оберните это вашей обычной шуткой. Помните, от этого будет зависеть все. Костя некоторое время в непривычном для него молчании шел рядом, потом решительно зашагал вперед. Вилене было странно видеть, с каким сумрачным лицом подходил к ней весельчак Костя. - Ну вот... нейтринный физик, - сказал наконец он. - Поздравляю. Вопрос предрешен, если... - Что если? - насторожилась Вилена. - Виев? Шилов? Костя махнул рукой и покосился на аллею, по которой не спеша приближался Игнатий Семенович. - Разве в Шилове теперь дело? - сказал Костя, с видом заговорщика придвигаясь к Вилене. - Насчет "постав" - критика гильотинная. Ничего не скажешь. Рубила, словно сама была вчера на глобальной антенне. - А кто там был? Кто? - насторожилась Вилена. - Ну я был. И что? - улыбнулся Костя. Он, отобранный в экипаж звездолета, не мог быть там, но Вилена не способна была сейчас рассуждать. Она лишь вопросительно смотрела на Костю. - Я могу, конечно, сказать... - продолжал тот. - Вполне согласен с тобой, что корабли-заправщики и кометные орбиты - типичная ахинея! Вы правильно "изволили выразиться на людях". - Назад пятишься? - сощурилась Вилена. - Не я назад, а они. - Кто они? - Твой Арсений со товарищи. - Как Арсений? От него известие? - Только на глобальной антенне и можно было получить сообщение... - Какое сообщение? Не мучь ты, инквизитор! - Какой же я инквизитор? Кто же из святых отцов такое радостное известие преподносил, как возвращение "Жизни". Сама же критиковала систему рейса, предложенную Виевым. Торжествуй победу. - Какая там победа? Возвращаются? Летят к нам? - Они-то летят. А вот тебе решать - лететь или оставаться. Арсении в этом году будет дома. Вилена плотно сжала губы. Буря мыслей и чувств охватила ее, кровь прилила к ее лицу, лоб стал влажным. И вихрь листьев, взметнувшись с аллеи, словно поднят был ее взглядом. |
