Но ничто, а уж тем более — падение, не длится вечно, и мой кошмар вскоре закончился, и закончился вполне благополучно. То ли я недооценивала таланты дяди, то ли гравкомы были достойны памятника при жизни, а то ли Ванька преувеличил масштаб катастрофы и не так уж неконтролируемо мы падали (или и то, и другое, и третье вместе), но сели почти ровно. Только на несколько секунд навалилась неприятная тяжесть — видимо, компенсаторы отрабатывали удар.

— Уф! — шумно выдохнул наш капитан, тяжело роняя руки на колени и рывком оборачиваясь к нам вместе с креслом. Спинка сиденья, повинуясь безмолвному приказу, отклонилась, позволяя мужчине принять более расслабленную позу. — Первобытный спутник мне в задницу, стар я уже для таких развлечений, — недовольно пробурчал он, стягивая шлем терминала и тыльной стороной ладони утирая лоб. Короткие чёрные с проседью волосы топорщились во все стороны и, кажется, были насквозь мокрыми.

Хм. Пожалуй, с выводами я поспешила, и замечание брата об уровне опасности можно считать правдивым: никогда я ещё не видела дядю настолько взмыленным. По всему видать, посадка далась ему нелегко, а корабль (и мы вместе с ним) висел на волоске. От этой мысли, — что моя паника была вполне обоснованной, — по спине пробежал холодок, заставивший нервно поёжиться. Но страх всё равно начал отпускать, конечности сделались тяжёлыми и слабыми, голова — ватной, а тело — лёгким. И ещё почему‑то страшно захотелось пить.

— Ты, Борь, как знаешь, но после такого надо выпить, — в своей обычной несколько вкрадчивой манере заявил Василич, тоже стягивая шлем. Почти повторил мои собственные мысли, хотя имел в виду явно совсем другое.

— Я ради такого даже коньяк готов распечатать. По глотку за здоровье нужно всем! — Капитан устало махнул рукой.

— Ну какой глоток, Боренька, — проговорила тётя Ада, наконец справляясь с фиксирующей системой и поднимаясь из кресла. — Пойду лучше заварю чаю, нечего детей к алкоголю приучать.

— Традиции, Ада, нужно соблюдать, — неожиданно возразил её муж. — И уж можно подумать, кто‑то кого‑то спаивать будет! У нас ещё дел по горло.

— Ох, мужики. Лишь бы выпить, любую традицию под это дело подведут! — Тётя с ворчанием удалилась. Несправедливым, честно говоря, ворчанием; капитан в этом вопросе был кремень, и спиртные напитки употреблял исключительно редко. Вот Василич, тот любил посидеть где‑нибудь в баре со старыми знакомыми, которые по странному стечению обстоятельств находились у него на каждой захудалой станции. И то никогда не позволял себе лишнего в преддверии важного дела.

— Дядь Борь, а правда что ли традиция есть? — осторожно уточнила я. Голос слегка дрожал, но слушался, что не могло не радовать.

— Есть, есть, — со смешком ответил штурман. — Старинная и сакральная. Лучше всего работает с пивом!

— Почему именно с пивом? — растерянно уточнила я.

— Потому что после принятия внутрь энного количества алкоголя за собственное здравие, за спасение и благосклонность Космического Разума, положено удобрить продуктами его переработки почву планеты, — ехидно пояснил он.

— Кхм. Это обязательно? А если на поверхность без скафандра выйти нельзя? — Я вытаращилась на мужчину в изумлении.

— Аль, ну кого ты слушаешь? — Дядя усмехнулся. — А ты, Василич, прекращай юных девушек стращать и учить плохому.