— Хотел бы я знать, — тяжело вздохнул дядя. — Если бы не их внешний вид, я бы сказал, что это банальный захват. Ладно, не банальный, а очень уверенный, работают они вполне профессионально, хотя несколько странностей всё‑таки есть. Оборудование в основном не тронули, только часть медицинского им то ли не понравилась, то ли они попытались взять его с собой.

— Лучше бы им «Выпь» приглянулась, — вздохнула я. Жаба на покупку нового устройства дальней связи душила нас всех, но сожалеть об утрате этой капризной особы тоже никто бы не стал. — А как они вообще попали в корабль? Может, их этот, — я кивнула на учёного, — протащил?

— Думаю, скоро мы узнаем, как они сюда попали, — со смешком заметил Василич. — Если до сих пор не порешили, наверное, с собой заберут.

— Они, совершенно определённо, не проходили ни через один из шлюзов, — пояснил дядя. — Более того, их даже автоматика заметила далеко не сразу. Или они одновременно появились в разных местах корабля, или уж больно качественная у них маскировка.

— Но как?! — тяжело вздохнула я.

— Человечество многие века бредит мгновенными перемещениями, и даже отчасти научилось их совершать, взять тот же внепространственный прыжок, — возразил капитан. — Может, эти существа пошли дальше и научились перемещать с достаточной точностью небольшие живые объекты.

— Да, пожалуй, — вынужденно согласилась я. — Наши, кажется, тоже над этим работают. Может, даже доработались до чего‑то, только нам не говорят…

На этом наше общение было прервано. С разных сторон к нам шагнуло несколько «тёмных», разделяя и растаскивая в стороны. Профессор, прихваченный за локоть, и не подумал сопротивляться. Василич, наученный горьким опытом, тоже: поморщился, но возражать не стал. Вот только Ванька, когда одно из этих существ ухватило за локоть меня, оттаскивая от дяди, решил погеройствовать.

— Не трогай её, ты! — он кинулся вперёд, на моего «конвоира», но нарвался только на оплеуху. Жест был такой, будто чёрная тварь просто отмахнулась от парня как от назойливой мухи, но брат не устоял на ногах, отлетел на пару метров и замер, не шевелясь. К нему тут же шагнул ещё один из нападающих.

— Ваня! — испуганно вскрикнув, я рванулась к младшему, напрочь забыв о том, что меня тоже держат. Конвоир, разумеется, не пустил и дёрнул меня к себе. Точно так же легко и небрежно, но создалось впечатление, что он намеревается вырвать мне руку из сустава. Боль обожгла плечо, я болезненно вскрикнула, да ещё не сумела погасить энергию рывка и тем же плечом впечаталась в чёрную массу. К горлу тут же подступила тошнота, но существо на ощупь оказалось не вязко — липким, а твёрдым и холодным, как будто было отлито из металла. А в следующее мгновение мир вокруг покачнулся, вспыхнул — и я очутилась в совсем другом месте.

Наверное, это была камера. Как ещё обозначить кубик с гранью около двух с половиной метров со сплошными стенами не то что без окон, но без дверей и малейшего намёка на хоть какую‑то обстановку, я не знала. Мы оказались здесь вдвоём, я и державшая меня за локоть чёрная тварь. Впрочем, конечность существа тут же разжалась, хотя выглядело это опять же жутковато: то, что прежде превращалось в подобие ладони, обхватывало мою руку замкнутым кольцом, и разорвалось оно, на мгновение истончившись точно такими же нитями, какие образовывались при контакте одного существа с другим.