Где-то далеко перекрикивались испуганные голоса, кто-то кого-то звал, топотали десятки пар ног.

А гораздо ближе, прямо вокруг меня, оглушая и окончательно отупляя, дребезжали и стонали струны, кажется, едва не лопнувшие только что от напряжения.

Исчезла давящая тяжесть, и я сообразила, что кто-то поднял Карта. О возможности того, что Аль встал сам, я почему-то даже не подумала. Чьи-то уверенные руки усадили меня, уверенно ощупали голову, оттянули веки, вероятно, разглядывая зрачки, после чего осторожно похлопали по щекам.

Глаза постепенно начали привыкать к темноте, и я различила перед собой смутный человеческий силуэт. Волевым усилием сумела сосредоточиться на словах незнакомого помощника. Впрочем, ничего содержательного смутно знакомый женский голос не говорил; так, общая утешительная болтовня, уговаривающая меня не волноваться, обещающая, что всё будет хорошо, и утверждающая, что скоро всё пройдёт, и помощь уже в пути.

— Что тут у нас? — полумрак рассёк ещё один голос, уже мужской и куда более узнаваемый. — Ага. Ты молодец, вовремя вмешалась. Ещё бы чуть-чуть… Ладно. Не стоит тебе тут мелькать. Прихвати, пожалуйста, Ау, и возвращайся. Дождитесь у меня в кабинете, а я тут встречу группу, разбужу второго.

— Как ты его разбудишь, он же мёртвый!

— Свея, ты как маленькая. Девушка-то живая, значит, всё можно исправить. Иди, иди, только чтоб не видел никто!

Меня обхватили за талию тонкие, но невероятно сильные руки, поднимая с земли, утверждая в вертикальном положении. В ноздрях тут же засвербело от запаха гари, а на глаза навернулись слёзы, будто я сунулась лицом в клубы сизого душного дыма, какой бывает при пожарах.

— Посиди с ней до моего возвращения.

— Само собой, — голос девушки, изменяясь до неузнаваемости, за эти два слова подскочил на пару октав. Я дёрнулась от неожиданности и боли в ушах, но руки той, кого назвали Свеей, не разомкнулись. Зато мы вдруг не то взмыли, не то ухнули в тёмную бездну. Желудок нервно подскочил к самому горлу, потом ощущение тела исчезло вовсе. А потом и сознание, не выдержав измывательств, сбежало в неизвестном направлении.

Пробуждение оказалось резким и довольно болезненным. Боль медленно пульсировала в висках, отдаваясь в затылок. Я застонала, хватаясь обеими руками за голову.

— А, очнулась? Сейчас пройдёт, не волнуйся, — утешил меня женский голос. — Ну-ка…

Мне помогли сесть. С трудом открыв глаза и проморгавшись, я огляделась. Послушно приняла из рук сидящей рядом на краешке дивана девушки стакан с плещущейся на дне жидкостью, резко пахнущей чем-то лекарственным.

Не узнать кабинет тара Айка было трудно: здесь совсем ничего не изменилось. Как, впрочем, не изменилась с нашей единственной встречи большеглазая рыжеволосая девушка, назвавшаяся тогда особым курьером Руки Возмездия.

— Что там произошло? — пробормотала я и залпом, пока не иссякла решимость, опрокинула в себя микстуру, недовольно скривившись. Не знаю, что именно в меня влили, но вкус был препротивнейший.

Воспоминания о недавних событиях присутствовали, но весьма сумбурные и довольно бестолковые.

— Ну, если вкратце, — она неопределённо хмыкнула и, с любопытством разглядывая меня, устроилась на диване поудобнее, откинувшись на спинку и поджав одну ногу. — На вас напали и пытались убить; правда, как именно, я не поняла. Не разбираюсь я в таких вопросах! Это тебе лучше будет у Айка спросить.