— Да-да, кто там? — спросил старик, хлопая себя по куртке и хмурясь. — Проклятие! Куда, черт побери, запропастились мои очки?

— Они у вас на макушке, Гримзли, — сказал Стивен, не в состоянии удержаться от усмешки. Господи, как же хорошо вернуться в этот дом!

Гримзли похлопал себя по голове, нащупал очки и нацепил их на кончик своего длинного носа. Когда он увидел наконец Стивена, его морщинистое лицо застыло и на нем появилось отвращение. Он раскрыл было рот, но чей-то бас не дал ему произнести ни слова.

— Черт побери, кто это там и что ему, черт побери, нужно? — В дверях появился Уинстон. При виде Стивена глаза его превратились в щелки. — Сбросьте меня с мачты и скормите рыбам! Да это, никак, их спасенное достопочтенство! Быть того не может!

Стивен вспыхнул под их уничтожающими взглядами. Кажется, все, с кем он входит в контакт, считают своим долгом задать ему хорошую взбучку.

— Как поживаете, Гримзли? А вы, Уинстон?

— Хорошо поживали, пока не увидели, что вы стоите на пороге, — ответил Гримзли, презрительно фыркнув.

— Зачем вы здесь? — спросил Уинстон. — Мало горя вы нам, что ли, причинили?

Хотя Стивен и понимал справедливость их укоров, он все же не имел ни малейшего желания обсуждать свои пороки, стоя на пороге.

— Могу я войти?

Гримзли поджал губы с таким видом, словно он только что хлебнул прокисшего вина.

— Ясное дело, нет. У нас скоро начнется праздник, и все очень заняты.

И он потянул дверь на себя. Стивен сунул ногу в щель.

— Мне нужно многое искупить, а, стоя за порогом, я вряд ли смогу это сделать.

Гримзли фыркнул:.

— Искупить?

Уинстон скрестил на груди свои мясистые руки, покрытые татуировкой.

— Хотел бы я поглядеть, как вам это удастся,

— Я тоже хотел бы, — спокойно ответил Стивен. — Так вы меня впустите?

Он был готов проложить себе путь в дом силой, если придется, но все же надеялся, что до этого не дойдет. Он объективно взвесил свои шансы одолеть Уинстона, у которого был такой вид, словно он с огромным удовольствием сжует Стивена, выплюнет и зароет поглубже в землю.

— Нет, вам нельзя войти, — сказал Гримзли, гневно сверкнув глазами. — Мисс Хейли наконец-то перестала плакать. Ох, она-то думает, что никто не замечает, какая она несчастная, но ведь я знаю эту девочку с ее младенчества. Она спасла вашу мерзкую жизнь, и не один, а два раза. Она отдала вам все, что имела, а вам этого мало? — Губы его скривились в ухмылке. — Ну вот, а теперь у нее приличный жених. Не дам я вам снова мучить ее.

— Я вовсе не собираюсь ее мучить, — сказал Стивен, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие и не обращать внимания на упоминание о «приличном женихе». — Я только хочу с ней поговорить.

Уинстон еще больше помрачнел.

— Только через мой труп! Я уже решил, что запросто выну из вас кишки. Черт побери…

— Она любит меня, — прервал его Стивен, надеясь, что кишки его останутся при нем.

— Ничего, ее любовь пройдет — Я люблю ее.

В ответ на это заявление Гримзли красноречиво фыркнул:

— Вы выбрали странный способ показать это, ваша светлость.

— Надеюсь все исправить.