— Да, верно. Назначим какой-то срок… Скажем, две-три недели. А вы тем временем что-нибудь разузнаете. Если же вы так ничего и не узнаете о моем враге, то я появлюсь в Лондоне, и, возможно, ошеломленный преступник сам себя выдаст.

— Надеюсь, — сказал граф. — Но. если он не растеряется и предпримет еще одну попытку убить вас?

— Мы знаем, кого следует опасаться, так что будем готовы, — заявил Стивен. — Если ничего другого не получится, устроим ловушку — используем меня как приманку.

— Мне это совсем не нравится, — проворчал Джастин. -

Слишком уж рискованно.

— Мне и самому это не по душе, — сказал Стивен. — Но другого выхода нет. Если нам повезет, преступник выдаст себя в течение нескольких недель. А если нет, то у меня будет достаточно времени, чтобы поправиться до возвращения в Лондон.

— Можно сделать еще кое-что… — в задумчивости проговорил Джастин. — Возможно, убийца, не обнаружив ваш труп, начнет беспокоиться. Я спрошу у мисс Олбрайт, где именно она нашла вас, и пошлю туда кого-нибудь, чтобы проследить, не бродит ли кто-нибудь в тех местах в поисках вашего тела.

— Превосходный план. Хотя, может быть, уже поздно. Ведь я пролежал здесь целую неделю.

Джастин нахмурился.

— Да, верно. Если убийца заподозрит, что вы живы, он начнет вас разыскивать. — Граф пристально посмотрел на друга. — И он может отыскать вас здесь.

Стивен задумался.

— Возможно, вы правы, — сказал он наконец. — Но все-таки надеюсь, что он не найдет меня. Судя по тому, что говорит мисс Олбрайт, мы находимся часах в двух езды от того места, где было совершено нападение. Если наш приятель начнет нервничать, он наверняка допустит какую-нибудь ошибку.

— Что вы станете делать, если окажется, что вас преследует Грегори?

Стивен пожал плечами.

— Вы прекрасно, знаете какие у меня отношения с братом. Если Грегори действительно пытается меня убить, пусть отправляется к дьяволу. Там ему и место.

Они повернули к дому и довольно долго шли молча. Наконец Джастин спросил:

— Вы сказали мисс Олбрайт, что вы домашний учитель?

— Да. Они считают, что родственников у меня нет и что меня зовут Стивен Барретсон.

Джастин рассмеялся:

— Домашний учитель? Не представляю вас в этой роли, Стивен пристально посмотрел на друга:

— Полагаю, это довольно удачная выдумка.

— О да, чрезвычайно удачная, — усмехнулся Джастин. — Скажите, а кто такая мисс Олбрайт? Почему ее родители разрешают дочери разъезжать ночью по лесным дорогам? А человек, открывший мне дверь… Надеюсь, этот грубиян — не отец ей?

— Нет. Ее родители умерли.

Граф в изумлении уставился на друга:

— Умерли? Но кто же о ней заботится? Стивен рассмеялся:

— Кто заботится? Никто. Зато она заботится о младших братьях и сестрах. Кроме того, в доме живут ее глухая тетка и трое слуг. Причем один из них не в состоянии найти собственные очки, другой — тот грубиян, о котором вы говорили, а третий — повар-француз, который обожает разбрасывать по кухне горшки и сковородки.

Джастин неожиданно улыбнулся:

— Стивен, вы шутите? Маркиз покачал головой:

— Я говорю совершенно серьезно. Эти Олбрайты — удивительное семейство. Детям разрешается бегать где угодно без присмотра. Самая младшая — шестилетняя Келли. Еще есть четырнадцатилетний Эндрю и одиннадцатилетний Натан — оба просто дьяволята.