— Какое же именно альтернативное топливо он изучал?

Впрочем, прозвучала эта фраза без какого бы то ни было намека на любопытство и вопросительной интонации, как будто ответ не интересовал Уитерспуна или он уже знал ответ на него.

— Я даже и не знаю… Он приехал сюда менее полугода тому назад и потому еще не представлял подробного отчета о работе. Но, если вам это действительно нужно, я могу…

Его перебил человек, возившийся с компьютером.

— Детектив, ни одного винчестера нет на месте. И из рабочей тетради вырвано дюжины полторы страниц.

Морз медленно кивнул несколько раз.

— Что тут скажешь? Одно: это исключает наркомана, который ворвался сюда и все перевернул, чтобы стырить что-нибудь такое, что можно было бы загнать и еще разок ширнуться.

— Не уверен, детектив, не уверен. — Криминалист помахал полиэтиленовым пакетиком. Лэнг подался вперед и увидел там что-то белое.

Морз взял пакетик и поднял к свету.

— Это не кокс. Не порошок, а что-то навроде гранул. — Он закатил глаза. — Только не говорите мне, мистер Рейлли, что ваш фонд содержал лучшую в мире лабораторию по производству дури.

Лэнг покачал головой.

— Если бы Льюис варил тут амфетамин, он обошелся бы и без такого сложного оборудования.

— Откуда вы знаете? — вдруг оживился Уитерспун.

— Мистер Рейлли, когда не раздает деньги на всякие хорошие дела, подрабатывает адвокатом по уголовным делам, — любезно пояснил Морз. — Боюсь, ему подвернулось еще одно дельце.

На самом деле Лэнг никогда не соглашался участвовать в делах, связанных с тяжелыми наркотиками, невзирая на размер предлагаемого гонорара, даже в тех случаях, когда люди был причастны к преступлениям лишь косвенно. Однако он, конечно же, неоднократно видел по местному телевидению, как полиция арестовывает «химиков» в их подпольных лабораториях. Обычно в этом качестве выступали кухни в их квартирах, а все производство осуществлялось в обычной кухонной посуде из их ингредиентов, которые можно было свободно купить в ближайшей аптеке.

Морз убрал пакет в карман.

— Ну, наши криминалисты скоро сообщат нам, что это такое.

— В нашей лаборатории это сделают быстрее, — заявил Уитерспун.

Морз медленно покачал головой.

— Благодарю вас, агент Уитерспун. Благодарю.

— Но?..

— Но пару лет назад я уже обращался к вашим парням за помощью. Там дело шло о перестрелке и международных перевозках кокаина. Вместо результатов я узнал, что моего подозреваемого пристегнули к программе по защите свидетелей, и он теперь неизвестно где — может, здесь, может, на Аляске, а может, и где еще. Так что о вашей помощи я буду просить вас, только если совсем припрет.

На щеках Уитерспуна заиграли желваки.

— Это значит, что вы не намерены делиться со мною этим порошком?

— Агент Уитерспун, вы необыкновенно догадливы.

Федеральный агент вновь обвел глазами комнату, как будто надеялся найти себе союзника.

— Мы еще посмотрим.

Он повернулся и вышел.

Лэнг и Морз проводили его взглядами.

— Но ведь федеральная криминалистическая лаборатория действительно куда лучше, чем все, что имеется у штата, — сказал Лэнг, когда за агентом закрылась дверь.

Морз кивнул.

— Я и сам знаю. Вот только как услышу что-то навроде «национальной безопасности», меня блевать тянет. Вешают лапшу на уши и думают, будто все вокруг — полные лохи.

Лэнг прекрасно знал о том, что между ФБР и местными правоохранительными органами постоянно идет острое соперничество.