Он стоял в холле, низ живота сладко ныл от прикосновений Катрины. Он двинулся дальше, по-прежнему охваченный страстью. Все плыло перед глазами, он не знал, куда идти, и виной тому была Кэт. Он обогнул угол, миновал гостиную, бильярдную, кабинет. Вернулся в холл, порылся в карманах пальто и плащей в поисках так любимых Броком клочков бумаги. Увидел у телефона раскрытый блокнот с несколькими строчками, написанными почерком Тайгера. Все еще изнывая от страсти к Катрине, сунул блокнот в карман. В одной из комнат он что-то заметил, только не помнил, в какой. Добрел до гостиной, ожидая озарения, пытаясь стряхнуть воспоминания о груди Катрин, уютно устроившейся в его ладони, о ее лобке, трущемся о бедро. «Не в этой комнате», – подумал он, проведя руками по волосам в надежде разогнать туман, затянувший мозг. И, уже выходя в бильярдную, краем глазом ухватил кожаную корзинку для мусора между креслом для чтения и журнальным столиком, понял, что видел ее и раньше, только не придал значения содержимому корзинки, желтому бумажному пакету с мягкой подложкой. Взгляд Оливера поднялся к приоткрытым дверцам шкафа. За ними, друг над другом, стояли телевизор, видеомагнитофон, музыкальный центр. Подходя ближе, он увидел подмигивающий зеленый огонек видеомагнитофона. На нем лежал белый футляр от видеокассеты. Пустой. Голова Оливера очистилась от тумана. Похоть, пусть и временно, сошла на нет. Он сразу все понял, хотя на торце футляра не было слова «ЗАЛОГ» и стрелочки, указывающей на зеленый огонек включенного в сеть видеомагнитофона. «Залог тому будет доставлен Вам отдельно почтовым отправлением». Зазвонил телефон.

Звонят Тайгеру.

Мирски, который называет себя Мюнстером.

Катрина, чтобы сказать, что хочет подняться наверх, но лифт не работает.

Лысый Бернард, чтобы предложить свои услуги.

Охранники, чтобы сказать, что они уже поднимаются.

Брок, чтобы сообщить, что его раскрыли.

Телефон все звонил, но Оливер не снял трубку. Не было и автоответчика. Он нажал клавишу «EJECT» на передней панели видеомагнитофона, вытащил вылезшую из его чрева кассету, положил в белый футляр, последний сунул в желтый конверт с мягкой подложкой. «Мистеру Тайгеру Синглу», – значилось на наклейке. Ниже: «ЛИЧНО». Ни адреса отправителя, ни наклейки с названием курьерской службы. Вернувшись в холл, Оливер вздрогнул, увидев собственную фотографию в парике и мантии барристера. Сдернул с вешалки кожаный пиджак и набросил на плечо, прикрыв зажатый под мышкой пакет. Вытащил кроссовку, надел ее, вошел в лифт и после короткого колебания нажал кнопку первого этажа. Кабина величественно двинулась вниз. На десятом этаже Оливер забился в угол, чтобы Катрина не увидела его в окошечко, когда он проезжал мимо восьмого этажа. Мысленным взором увидел обнаженную Кэт, раскинувшую руки и ноги на кровати, которую она делила с Тайгером. В холле Мэтти читал «Мейл он санди», позаимствованную у Джошуа.

– Вас не затруднит отдать эти ключи миссис Олтремон? – Оливер протянул Мэтти связку.

– Конечно, приятель, – ответил Мэтти, не отрываясь от газеты.

Выйдя из подъезда, Оливер повернул направо. Как и говорила Кэт , киоск «Газеты и сигареты от Мухаммеда. 24 часа» оказался ярдах в пятидесяти от дома. Рядом с ним краснели три телефонные будки. Позади раздался автомобильный гудок. Оливер обернулся, опасаясь, что Катрина преследует его на «Порше», принадлежащем «Хауз оф Сингл». Но увидел Агги, которая махала ему рукой, сидя за рулем зеленого «».

– Абердин, – выдохнул он, плюхнувшись на пассажирское сиденье. – И побыстрее.

– Прошу извинить за вторжение, сэр.