– Нет. Я знаю, что мы все – и ты, и Пьер, и я – курим. Значит, мы все идем на веранду. Кроме Жозе.

– Я с удовольствием выйду с вами подышать воздухом.

– Замечательным и свежим! Правда, дорогая моя?

– Конечно, бесценная моя.

Все четверо начали выходить из-за стола. Было совершенно очевидно, что праздник не удастся, и никто уже не старался хоть сколько-нибудь его исправить. Можно, конечно, напиться как следует, хотя это грозит обернуться совсем другой проблемой…

В дверь позвонили.

– Кто бы это мог быть? Неужели папы-мамы… – Агнесс пошла открывать, и в следующую секунду ее буквально смели с пути какие-то малознакомые, но, видимо, важные люди, орущие, смеющиеся, что-то поющие, к тому же с огромной елкой наперевес.

Елку было решено считать подарком, она тут же загромоздила собой полкомнаты, а толпа радостно оккупировала остальные помещения в маленькой квартире. Агнесс почему-то забегала туда-сюда с большой скоростью, а Шарль, Пьер и Жозе стояли возле двери на веранду и не сговариваясь думали об одном и том же: обидеться сейчас, или посмотреть, что будет дальше?

– Я же говорил, надо было оставаться у мадам Лоик! Может, нам лучше уйти?

Пьера никто не поддержал и, сделав над собой героическое усилие, он оставил их вдвоем и отправился разглядывать коллекцию фотографий на стене, где Агнесс позировала со знаменитостями.

Веранда, как и вся квартира, находилась на первом этаже и представляла собой что-то среднее между огромным балконом и зимним садом. Помещение величиной с комнату занимали цветы всех мастей, здесь было тепло, и два огромных окна во всю внешнюю стену были приоткрыты на улицу. Шарль подошел к одному из них, чтобы прикрыть.

– Жалко губить такое великолепие.

– Почему губить? – спросила Жозе, которая вышла следом.

– Запах. Вы чувствуете, какой стоит здесь запах? Как в раю.

– Сейчас сюда ворвется толпа, и не останется не только запаха, но и цветов!

– Да, похоже, вы правы. – Он стоял возле окна, величавый, как лев, немного надменный и в тоже время какой-то мягкий и удивительно «свой»…

Наверное, у него было много женщин, еще с молодости, подумала Жозе. Красивое лицо. Таких обычно не пропускают. И этот мужчина мог стать ее любовником, ее самым дорогим человеком в мире, ее судьбой!

– Шарль. – Красное вино придавало ей уверенности в себе. – Мы же договорились называть друг друга на «ты».

– Когда?

– Два с половиной месяца назад.

Он долго смотрел на нее. Как в коридоре. Жозе молчала и старалась выдержать этот взгляд, не мигая.

– Забавная была история, не так ли?

– Очень.

– Ты знаешь, я почему-то больше всего скучал по Себастьяну. Веселый старичок!

– О! Шарль, представляешь, у меня живет старушка, моя тетка и тезка… вернее, я у нее живу… В общем – совершенно подходящая пара для него. Их давно надо познакомить.

– Чтобы они поженились?

– Ну это уж они сами решат!

Они рассмеялись натянуто, каждый подумал об одном и том же.

– Жозе, ты выходишь замуж?

– Похоже на то. Мы скоро будем оба – семейными людьми. Можно будет дружить домами…

– С кем? Со мной? Пьер не рассказывал тебе, что у меня сорвалась свадьба?

– А как по-твоему, Пьер мне мог что-то рассказывать, если он не знал, что мы…

– Ах, да, конечно. Веселое совпадение. Как в кино. Не понимаю, как мы умудрились все четверо друг друга найти?

– Причем, Агнесс за тобой даже съездила в Америку.