– Причем, Агнесс за тобой даже съездила в Америку. Шарль, почему у тебя сорвалась свадьба? И почему ты встречаешься с Агнесс. Где же Бетти?

– Свадьба сорвалась… в общем, это окончательно, и какая теперь разница почему? А с Агнесс я встречаюсь именно по этой причине. Теперь я свободен.

– Поздравляю.

– А я рад за своего друга. И за вас тоже.

– Опять на «вы»?

– Вырвалось. А где же Марк?

– Мы разошлись. Прямо сразу, когда я вернулась.

– Уж не я ли стал тому причиной?

– Вы? Да вы что?!! – Жозе фальшиво засмеялась. – У вас чудовищная мания величия. Нет, конечно!

– Нет, я хотел сказать, что наши… мм… могли стать причиной, ну, в общем, мужчина всегда чувствует, если женщина ему изменила или почти изменила.

– Все равно вы здесь ни при чем!!!

– Мы все-таки на «вы»?

– Вырвалось! И потом, что вы называете изменой? Наш дурацкий «эксперимент»? Да ты просто… напился, и тебе захотелось… как Жаку! Вот и все!

– Ах, как Жаку?

– Да! У вас были одинаковые лица весь вечер!

– Ах, одинаковые?..

– Да! Очень одинаковые!

– Но сейчас-то я не напился!!!

Он шагнул к ней и, крепко сжав в объятиях, впился в ее губы поцелуем, как будто это было само собой разумеющимся, словно они только что именно об этом договорились. Жозе попыталась вырваться… Потом обмякла и обняла его за шею. Руки Шарля дрожали, блуждая по ее телу, он прижимал к себе любимую женщину так, словно пытался раствориться в ней, соединиться навсегда… Она стала вторить его движениям, отдавая себя для поцелуев. Какая разница, что будет дальше! Ее научили быть любимой, и теперь она с удовольствием принимала пьянящие ласки мужчины, проваливаясь в какой-то сказочный сон, нарисованный, наконец-то, в цвете…

Никто не знает, сколько времени они простояли бы так еще… Может быть, их отвлек стук в стеклянную дверь, может быть, Жозе просто очень захотела сказать ему:

– Я мечтала тебя увидеть… Если бы ты знал, как я скучала по тебе! – И вдруг удивилась простоте и ясности собственных слов. Зачем что-то выдумывать? Теперь он все знает.

– Жозе… Моя Жозе… – Он взял ее за плечи. Ему очень хотелось сказать ей самые простые и важные слова, которые он мог бы сказать еще в октябре, потому что именно тогда он понял, что любит ее.

– Как же мне хорошо! – простонала она, обнимая его. – Шарль! Что же мы наделали!

В дверь снова забарабанили. Они вздрогнули и как будто очнулись. На улице было промозгло и сыро, за дверью, возможно, стояла Агнесс, а в комнате их ждал Пьер.

– Жозе. Я должен тебе сказать: что бы ни случилось, как бы ни повернулась жизнь, я не хочу, чтобы мы снова потерялись.

– Я тоже…

– Хотя мне стыдно перед своим лучшим другом… – Он понял, что говорит не то. Но было, кажется, поздно, момент был упущен.

– А мне – перед Агнесс… Ведь то, что между нами происходит… – Она с надеждой смотрела на него. – То, что происходит…

– Мы не виноваты в том, что происходит.

– Мы ни в чем не виноваты. Хотя Агнесс мне тоже не простит тебя. Мы с ней всегда любили одно и то же.

– Любили?

– Д-да. Мы просто выбирали все одинаковое. В этом смысле.

Шарль вздохнул.

– И обе выбрали меня.