— Ты очнулся, сионист? — Он принялся наотмашь хлестать Бока по щекам, пока они не порозовели. — Да, теперь я вижу, что ты очнулся. — Подняв голову, он бросил мгновенный взгляд на Сюзан. — Твоя подруга тоже здесь. Я подумал, что будет только справедливо, если в подобный момент вы окажетесь вместе.

— Что значит в подобный момент? — спросила Сюзан. Ее глаза дико вращались. — Что еще вы собираетесь сделать с ним? — Она начала всхлипывать.

Эль-Калаам ущипнул Бока, от чего взгляд того приобрел более осмысленное выражение.

— Твой поезд, Бок, уже ушел. Твое упрямство заставило нас перешагнуть через все границы. Теперь ответственность за последующие события ложится на тебя. Наша совесть чиста.

— На твоих руках уже слишком много крови, — пробормотал Бок. — Слишком много.

— Хватит болтать. Лучше разуй глаза пошире.

Бок медленно повернул голову, и его глаза расширились.

— Сюзан, — выдохнул он. — Что она делает здесь? — Он пришел в страшное возбуждение.

— Она собирается помочь нам устроить небольшое представление.

— Нет, — голова Бока качнулась в сторону. — Нет, только не Сюзан.

— Послушай, Бок, — сказал Эль-Калаам. — Негоже вести себя так. Ведь представление предназначено именно для тебя.

— Нет. — Бок, отчаянно мотал головой. — Нет, нет, нет. — Его голос звучал все более пронзительно.

На руках и груди Сюзан краснели отпечатки, оставленные пальцами Фесси. По знаку Эль-Калаама он, положив ладони на плечи девушки, заставил ее опуститься на колени. Затем он вытащил пистолет и направил оружие на нее. Бок зарыдал.

— Ради всего святого, — взмолилась Хэтер.

— Заткнись, — оборвал ее Эль-Калаам угрожающим тоном.

Фесси смотрел вниз, не сводя глаз с макушки Сюзан.

— Ты видишь, что сейчас произойдет. Бок, — промолвил Эль-Калаам. — Вот что твое упрямство навлекло на голову близкой тебе женщины.

Где-то на вилле зазвонил телефон. Рита, повинуясь жесту Эль-Калаама, направилась к аппарату, стоявшему возле опрокинутой кровати. Сюзан жалобно плакала. Фесси с такой силой сжал ее плечо, что она громко вскрикнула. На заднем плане Рита разговаривала по телефону приглушенным голосом.

— С ней произойдет то же, что и с тобой. Она ослабеет, потом потеряет сознание, а когда очнется — все начнется заново. — Фесси заключил шею девушки в тиски между большим и указательным пальцами.

— Эль-Калаам, — раздался голос Риты. Все замерли на своих местах. — Премьер-министр на проводе. — Эль-Калаам даже не шелохнулся и не отвел взгляда от разворачивающейся гротесковой сцены. — Уже шесть часов, — тихо, но отчетливо произнесла Рита. — Последний срок освобождения наших братьев прошел.

— Чего хочет пират? — Его лицо приобрело безжалостное выражение.

— Он хочет получить отсрочку, — ответила Рита. — Там возникли какие-то проблемы. Он хочет поговорить с тобой. Он уверяет, что...

— Передай ему, — сказал Эль-Калаам с нарочитым спокойствием, — пусть ищет старые фотографии.

— Ты не хочешь по..., — начала было Рита, держа в руках трубку.

— Передай ему мои слова и повесь трубку.

Рита выполнила приказ.

Бок, все это время глядевший то на Сюзан, то на Эль-Калаама, застонал.