Бок, все это время глядевший то на Сюзан, то на Эль-Калаама, застонал. Ему опять сделалось плохо.

Отвращение и ненависть исказили черты лица Эль-Калаама, молча наблюдавшего за промышленником, корчившемся в судорогах на полу у его ног.

— Нам от него больше нет никакого проку, — проговорил он наконец. — Разве что с его помощью мы можем преподать пирату урок.

Он потянулся к массивной кобуре, висевшей у него на левом бедре, и, достав оттуда армейский автоматический пистолет 45 калибра, переложил его в левую руку. Потом он вывел Хэтер на середину комнаты, так что она очутилась прямо перед телом Бока.

— Рита, — рявкнул он. — Приставь пистолет к голове этой женщины.

Рита, приблизившись к Хэтер, прислонила дуло своего пистолета к ее правому виску. Рот Хэтер открылся; ее начало трясти.

— Теперь, убийца кроликов, — сказал Эль-Калаам, — мы проверим, из чего ты слеплена на самом деле. — Он осторожно вложил в ладонь Хэтер свой пистолет и загнул ее пальцы один за другим вокруг рукоятки. — Твой муж хотел заключить со мной пари. Он сказал, будто ты умеешь стрелять. Ты ведь охотник, не так ли? Ладно. Все, что ты должна сделать, это нажать на курок. — Он придвинулся еще ближе к ней. — Смотри, тебе даже не нужно целиться.

Хэтер молча смотрела вниз на тяжелый пистолет, зажатый в ее ладони.

— Положи палец на курок, — сказал Эль-Калаам почти нежно. — Твой муж сказал, что ты знаешь, как обращаться с оружием. Не хочешь же ты выставить его перед нами лжецом?

— Джеймс никогда не лжет, — ответила она. Ее указательный палец лег на спусковой крючок.

Эль-Калаам, взявшись одной рукой за дуло пистолета, чуть приподнял его, направляя в ямочку на переносице Бока. Хэтер перевела взгляд на блестящее от пота лицо промышленника. Его дико вытаращенные глаза уставились на нее, и он издал странный горловой хриплый звук.

— Нажми на курок, Хэтер, — повторил Эль-Калаам. В первый раз он назвал ее по имени, и она от неожиданности вздрогнула. — Представь, что это просто испуганный кролик, попавшийся тебе на глаза. Ты ведь убила немало их.

Хэтер медленно зажмурила глаза, в уголках которых застыли слезинки, сверкавшие в резком неприятном свете. Задрожав, они по очереди скатились по ее бледным щекам.

— Сколько кроликов ты убила за свою жизнь, Хэтер? — голос Эль-Калаама сделался еще мягче. Он словно превратился в эдакого старого мудрого дядюшку, чьим советам следуют, не обсуждая и не задавая лишних вопросов.

— Много, — ответила она еле слышно. Глаза ее по-прежнему были крепко зажмурены; голова слегка дрожала.

— Много, — Эль-Калаам кивнул. — И всякий раз, когда очередной кролик попадал тебе на мушку, ты разве колебалась, прежде чем отобрать у него жизнь? — Хэтер молчала. Он протянул руку, показывая на Бока. — Ну так вот, перед тобой просто еще один кролик. Нарисуй в своем воображении эти круглые бессмысленные глаза и белый мех. Из него может выйти неплохое жаркое, а?

Распахнув глаза, она взглянула на Бока и задрожала всем телом.

— Я не могу. Не могу, — повторяла она.

— Ты можешь, и ты сделаешь это, — возразил Эль-Калаам. — Иначе..., — раздался громкий щелчок: Рита взвела курок своего пистолета. Хэтер вздрогнула, — ...Рите придется прикончить тебя.

Хэтер обернула пальцы левой руки вокруг правой кисти. Она держала пистолет в идеально выпрямленной руке.

— Взгляни-ка, — заметила Рита. — Она запросто может сделать это.

Хэтер увидела мишень в прорези на мушке.