Смеркалось. Стоило мне подумать о том, что пора бы лететь в Питер, как зазвонил телефон. Фигасе, Ломоносов!

— Ваня, сколько лет, сколько зим! — закричал я в трубку, чуть не напугав трудившуюся внизу Фельги. По крайней мере звук удара затылком о столешницу получился мощным, но гоблинка не бросила своих трудов. Это, кстати, была ее инициатива, а то «почему все самое сладкое достается эльфам».

— Не ерничай, Кирилл. — Я прямо отсюда увидел, как он досадливо морщится. — Прекрасно понимаешь, какие обстоятельства…

— Неа, нифига не понимаю! Мог бы объяснить хотя бы перед тем, как устраивать тотальный игнор. — Погладил Фельги по голове, успокаивая и возвращая в рабочий ритм. — Романова испугался?

— Это тебе нечего терять, — с ожидаемой злостью и неожиданной завистью буркнул Ломоносов. — Наши позиции не настолько прочные, чтобы вступать в конфронтацию с правящим родом.

— Чего тогда звонишь? Соскучился? Поболтать захотелось?

— Ты ведь сам прекрасно… — Он запнулся и тяжело вздохнул. — Отец просит тебя прилететь, срочно. Это по поводу продажи дома.

— Знаешь, Ваня, твое приглашение очень похоже на ловушку. Пожалуй, я его отклоню. — Впору гордиться своей выдержкой. Мой голос вообще не дрожал, несмотря на все усилия Фельги. А гоблинка очень старалась отвлечь меня. — Что-то еще?

— Гарантирую, это не ловушка. Могу прибыть в качестве заложника, если несколько дней игнора настолько усилили твое недоверие… — Теперь Ломоносов обиженно сопел. А нечего было!

— Не утруждайся. Даже если у вас там ловушка, мы просто всех убьем. — Посмотрел на время и прикинул: лететь до них минут тридцать, если не через город. — Буду через час.

Как раз успею закончить с Фельги, хотя… куда спешить? Гоблинка вылезла из-под стола и устроилась сверху, демонстрируя аппетитную задницу с невесть откуда взявшимися черными трусиками. Я ведь их срывал совсем недавно! С первым звонким шлепком я лениво подумал, что Ломоносовы могут и подождать…

Для загадочной встречи взял с собой Яэ и Торви. Все равно мои сильнейшие маги сейчас в Петербурге, и устроить разнос не получится, таким составом проще убежать и нанести удар позднее. Летел расслабленным и в отличном настроении, разве что устал сильно, даже отказался от услуг кицунэ. Впрочем, стоило нам приземлиться, леность как рукой сняло. У стоянки напротив главного входа меня встречал не Ломоносов-старший (или на худой конец младший), а сам ректор Академии Радзивилл.

— Николай Семенович! — радостно приветствовал его, не обращая внимания на недовольную физиономию. — Какими судьбами?

— У нас с вами была назначена встреча, Строганов, вы опоздали почти на час, — перешел он на менторский тон.

— Правда? А я и не знал. Мне Ломоносов сказал, что его отец просит приехать, срочно, — напускаю на себя вид бравурный и глупый. — Сами понимаете, звучало подозрительно, так что решил подготовиться получше. Безопасность превыше всего!

— Это была моя идея… на случай, если их прослушивают.