Увидев у нас в руках бутылки, миссис Эрншоу обрадовалась. Кажется, она готова была улыбнуться.

- Не угодно ли чашку чаю? - спросила она.

Миссис Эрншоу - уроженка Аркадии, но говорит с акцентом, который встречается у некоторых иммигрантов с Земли. Мисс Коттер вскочила и принялась хлопотать над чайными принадлежностями.

- Нет, спасибо, - поспешно отказался я. - Я думаю, мы с Джейн выпьем чего-нибудь покрепче. Последние несколько часов у нас была тяжелая работа.

Миссис Эрншоу шумно вздохнула.

- Чай освежает, - сообщила она мне. - Он обостряет чувства, не притупляя. Однако, если вы настаиваете... - Она посмотрела, как мы наливаем себе скотч, и скомандовала: - Капните, пожалуйста, и мне в чай немножко.

На задворках моего сознания мелькнула мысль, которую я какое-то мгновение пытался поймать, но та ускользнула - что-то, связанное с "Клубом"...

Миссис Эрншоу с гримасой отхлебнула своего крепленого чая.

- Я только что говорила мисс Коттер, - сказала она. - Похоже, вся Аркадия сошла с ума. Патрули на дорогах. Заграждения, а за ними войска. Вчера меня держали под прицелом. Под прицелом! - Неожиданно я уловил образ, посылаемый ее разумом: грубый солдат с на редкость тупым лицом целится из ружья через окно автомобиля на воздушной подушке. Дуло - в дюйме от ее левого уха... Я был уверен, что, вспоминая, она преувеличила инцидент.

- Здесь нет ничего смешного, - огрызнулась она, хотя я не смеялся.

Я старался контролировать свои мысли. Сегодня вечером Эффект действовал сильно.

- Он приказал мне вернуться в Риверсайд. Приказал мне! Этих людей содержат налогоплательщики! Я собираюсь написать в газету!

- А почему он не пропустил вас, миссис Эрншоу? - спросила Джейн.

- Он сказал, что дороги закрыты из-за маневров. Но я видела, что он лгал. Они установили военный режим! Прямо не знаю, куда катится Аркадия! В следующий раз они дойдут до насилия и разбоя... Вот что происходит, когда военным дают волю!..

- Военным дают волю, - как эхо, повторила мисс Коттер. В ее обязанности входило подкрепление аргументов миссис Эрншоу.

- Насилие и разбой, - пробормотала Джейн, издеваясь над этими словами. Я уловил карикатуру в ее сознании.

- Я уверен, что они лишь выполняли свой долг, - поспешно вставил я, увидев, как и без того кирпично-красное лицо миссис Эрншоу начало приобретать фиолетовый оттенок.

- Раньше, молодой человек, солдат знал свое место. Он был вежлив, он помнил, что его содержит население, и вел себя соответственно. Он носил красивую форму и попадался на глаза только во время церемоний. Но теперь безответственность распространилась повсюду и затронула даже армию. Это всем известно - достаточно взглянуть на статистику преступлений. И что же делает правительство? Оно, как гончих, спускает войска с цепи, чтобы они травили население, которое их содержит! И над чем это вы смеетесь, юная леди, я не знаю! Вы типичная представительница молодого поколения. У вас нет никакого уважения!

В голосе миссис Эрншоу зазвучали гневные раскаты. Джейн пробормотала, что ей надо умыться, и молнией выскочила из комнаты.

Я посочувствовал Джейн: ей, такой юной, пожилая женщина казалась нелепой. Но мне было не до смеха. Меня встревожила растущая опасность Эффекта. Возникла еще одна проблема. Мысленное веселье Джейн, которого в обычных условиях никто бы не заметил, теперь оказывалось маслом, подлитым в огонь праведного негодования миссис Эрншоу. Такие ситуации, наверное, начали возникать по всему побережью. Любое незначительное расхождение во взглядах многократно усиливалось вплоть до яростного спора.

Я прикинул, сколько в поселке людей, с чьими взглядами я в том или ином отношении не согласен, и признал, что это число близко к ста процентам.