— Он и сделает предложение. Предложит какую-то сделку.

— Черт! Ты прав, отец. — Чарльз налил себе еще кларета.

— Вот проклятье! Конечно, это надо было предвидеть, — пробормотал Девлин. Эмили уставилась на отца:

— Сделку? Папа, о чем, скажи на милость, вы все тут толкуете?

Бродерик покачал головой:

— Еще не уловила, девочка? Блэйд вовсе не собирается жениться на тебе. Он собирается пригрозить, что сбежит с тобой, если я не дам ему того, что он хочет. — Бродерик обвел задумчивым взглядом элегантную гостиную. — И по-моему, я знаю, что он потребует в обмен на то, чтобы сделать величайшее одолжение и убраться из нашей жизни.

Девлин внимательно посмотрел на него:

— Чего же он хочет, отец?

— Сент-Клер-холл. — Бродерик одним глотком проглотил остатки кларета из своего бокала. — Чертов мерзавец ненавидит меня. Он двадцать три года ждал своей мести и теперь наконец получил возможность ее осуществить.

У Эмили потемнело в глазах. Она судорожно села в парчовое кресло, не сводя глаз с отца:

— Думаю, тебе лучше объясниться, папа. И сейчас же.

Бродерик долго изучал лица трех своих отпрысков, а потом тяжело вздохнул:

— Хорошо, если бы ваша мама сейчас была с нами! Она всегда управлялась с подобными неприятностями. Умела как-то. Я бы предоставил все это ей…

Девлин взглянул на Чарльза, потом на отца:

— Мы с Чарльзом кое-что понимаем: Блэйд просто пытается как-то использовать Эмили. Но вот насчет Сент-Клер-холла… С чего вдруг он потребует его в обмен на отказ от побега с Эм? Этот парень богат как Крез. Он может купить дюжину домов ничуть не хуже нашего.

Эмили крепко сплела пальцы.

— Он говорил, что здесь был когда-то его дом, — медленно произнесла она. — Он жил здесь мальчиком.

У Бродерика на лице застыло загнанное выражение.

— Это он тебе сказал?

— Да, папа. Мы очень близки. — Эмили вызывающе прищурилась за стеклами очков.

— Насколько близки? — немедленно спросил Девлин. — Интимно близки? Бога ради, Эм, этот негодяй уже соблазнил тебя? И конечно, уверен, что ты убежишь с ним?

— Граф вел себя как истинный джентльмен, — гордо сообщила Эмили.

— Ну что ж, слава богу, у этого человека есть еще остатки совести, — вяло заметил Бродерик. — Хотя вряд ли мне от них будет много проку…

— Папа, — резко потребовала Эмили, — ты нам все объяснишь. И немедленно.

Фарингдон-старший угрюмо кивнул:

— Рано или поздно вам придется узнать обо всем. Блэйд об этом позаботился, чертов мерзавец. В общем, я не покупал Сент-Клер-холл после крупного выигрыша, как говорил вам когда-то… Я просто выиграл его и почти все состояние Траэрна у отца Блэйда в карты двадцать три года назад. Граф, как джентльмен, заплатил долг.

— И?.. — нахмурилась Эмили. — Я знаю, что это еще не все, папа.

— А потом этот дурак вернулся сюда и пустил себе пулю в лоб.

Эмили в ужасе закрыла глаза:

— Боже мой!

— Не понимаю, — заговорил Чарльз, — что тут особенного? Это был долг чести, и проигравший уплатил. То, что потом он совершил самоубийство, нас не касается.

Эмили вздрогнула:

— Как ты можешь быть таким бессердечным? Ты что, не понимаешь, чем все кончилось? Бродерик крепко выругался.

— Больше особенно нечего рассказывать.