— С минуту на минуту Роберт Мугабе должен выйти из суда! — неожиданно завопил корреспондент и вместе с оператором начал проталкиваться сквозь толпу прессы.

Тим вытер пот со лба платком. Дурное предчувствие по-прежнему не отступало.

— Он вышел, вышел! — через несколько минут гаркнули из телевизора. — Идет, он идет, полиция никого к нему не подпускает. Господин Мугабе, господин Мугабе, что вы можете сказать…

В глаза Тиму неожиданно бросилось, как из лавки зеленщицы высунул курчавую башку седой чернокожий и властным жестом подозвал к себе толпившихся возле щита с газетами соплеменников. Все негры кроме одного, мгновенно скрылись в лавке.

— Оставили на стреме? — озадачился Тимофей. — Да ну нахер, неужели…

В голове бешено зазвенели тревожные колокольчики.

'Очень похоже на засаду!.. — лихорадочно думал он. — Место самое подходящее, улица узкая, впереди нерегулируемый перекресток, машины обязательно сбавят ход. Но кто? А если Ситоле решил устранить конкурента, под предлогом того, что тот продался властям? Или Нкомо? Или, мать его… кто-то еще кроме нас из числа ультрапатриотов Родезии? Бля…

— Риччи…

— Я вижу, — быстро отозвался Плакса. — Это то, что я думаю? Кому кроме нас еще нужен этот урод?

Тим немного поколебался, после чего взял с заднего сиденья микроавтобуса, завернутый в пиджак британский пистолет-пулемет «Стерлинг» с глушителем.

— Я пойду, проверю, а на вас тот, что возле щита. Через минуту берите его и ведите в лавку. Только тихо…

— А если… — нахмурился Риччи.

— Заткнись, — буркнул Тимофей, вылез из машины и удерживая сверток со «Стерлингом» под мышкой неспешно направился в сторону лавки.

Сердце бухало как гигантский бубен, огненный воздух обжигал лицо, а по спине, наоборот, градом лился ледяной пот.

— Куда ты лезешь, грязный бездельник⁈ — в лавке ему навстречу выскочила зеленщица. — Что это за новости? Кто тебя сюда приглашал? Немедленно иди прочь… — она вдруг выпятила глаза и ошеломленно ахнула. — Так ты белый?

Тим резко и коротко ударил толстуху костяшками кулака в горло. Зеленщица глухо булькнула и беззвучно повалилась на пол.

Из коридора лавки доносились звуки трансляции освобождения Мугабе.

— Он садится в машину, старый «Понтиак», который принадлежит его дяде! — надрывался корреспондент. — Министр информации Питер ван дер Бил публично заявил, что правительство Родезии в знак доброй воли снимает надзор с Роберта Мугабе, никакой слежки, он снова полноправный гражданин Родезии! Несколько репортеров собираются преследовать машину на мопедах, полиция ведет себя по отношению к ним очень невежливо…

Пиджак упал на пол, лязгнул затвор «Стерлинга».

Тим сделал три быстрых шага и пинком вышиб дверь в подсобку.

И нос к носу столкнулся с мощным здоровяком в майке, с автоматом Калашникова в руках.

Чернокожий ошалело выпучил глаза на Тимофея, но уже в следующее мгновение глухо рыкнул пистолет-пулемет.

Майка на груди здоровяка взорвалась красными лохмотьями, он сипло вздохнул и как подкошенный рухнул на пол.

Тим сделал еще три короткие очереди, после чего быстро сменил магазин и снова вскинул «Стерлинг», быстро перемещая ствол от трупа к трупу.

В подсобке омерзительно смердело смесью пороховых газов и свежей крови. На полу в лужах крови валялось трое чернокожих парней, четвертый сидел прислонившись спиной к стене.