— Я из них самый тупой.

— Врешь, небось, — Плакса протянул руку к винтовке Тимофея. — Что это за хрень? Зачем нормальное оружие изуродовал?

— Скоро сам с таким будешь ходить.

Прошедшие два с половиной месяца Тим не только планировал массовые убийства, он еще воплотил в жизнь проект модернизации немецкой штурмовой винтовки. Новый дульный тормоз-компенсатор, цевье с планками Пикатинни и рукояткой, вдобавок регулируемый приклад с интегрированным подщечником. Получилось необычно, но гораздо удобней, чем было. А если точнее, гораздо привычней для Тимофея. Повезло, что директор государственного оружейного предприятия, с серьезными производственными мощностями, проникся идеей. Неделя для доводки чертежей, неделя для изготовления, неделя на устранение ошибок, пара дней на отстрел — и все получилось.

Тим даже успел показать девайсы генералу Уоллесу, который пообещал в самое ближайшее время устроить общевойсковые испытания.

— Смотри… — рассказывал Тим. — Сюда или сюда, можно подвесить на специальном креплении фонарик. С вот этой тактической ручкой и таким ДТК, гораздо удобней стрелять очередями. Сам знаешь, эта штука брыкается как антилопа Гну из за патрона. Материал — авиационный алюминий, то есть, тяжелей стало совсем ненамного. Но это еще не все, будет больше, я просто не успел все что хотел.

— Ты меня удивляешь, Медведь, — Риччи удивленно покачал головой. — Странно на тебя контузия сказалась. А фонарик-то зачем?

— Так-то в буше он нам не нужен, а представь, если ты входишь в темное помещение? Ты все видишь, а противник от луча света сразу ослепнет.

Скаутам в кузове идея тоже понравилась, впрочем, очень скоро колонна подошла к границе и все сосредоточились совсем на другом.

Границу с Замбией охраняли фактически только с родезийской стороны, несколько замбийских пограничных застав все-таки присутствовало, но они были разбросаны на очень большом расстоянии. Шанс наткнуться на противника был довольно мал, но он все равно существовал.

Тим шарил взглядом по расплывающимся в сумерках зарослям вдоль дороги и не мог отделаться от мерзкого чувства, что за ним кто-то пристально наблюдает.

Похоже, такое чувство испытывал не один он, Нгуба, чернокожий скаут из другой группы, вертелся со спаренными «Браунингами» на турели, как юла, остальные тоже вели себя очень нервно — тыкали стволами по сторонам.

— Это Умутва, — заговорщицким тоном шепнул Тиму Чомба. — Духи предков. Они просто заставляют себя бояться, но есть надежное средство, — Сесил сунул Тимофею флягу. — Остальные пусть трясутся…

— Ты охренел, чернозадый козел⁈ — зашипел Куус, такой же чернокожий скаут, как Мукобо. — И нам давай!

Плакса просто показал Чомбе кулак.

Фляжка пошла по рукам. И действительно, после первых глотков, сразу стало легче.

Скоро начало светать, темп продвижения ускорился. Никого и ничего по пути не встречалось — буш, буш, сплошной буш.

Тима снова начало потряхивать, причем с каждым километром нервозность становилось все сильнее. Дело в том, что он досконально проработал операцию, но только до того момента, как сводная группа подойдет к тренировочному лагерю повстанцев. А вот дальше планировалось поступать по обстоятельствам.

«А какие они будут, эти обстоятельства? — угрюмо думал Тимофей. — А хрен его знает. Понятное дело, лагерь надо уничтожать, но как?..»

Впрочем, он быстро прогнал из себя неуверенность, но ощущение чего-то нехорошего все-таки где-то глубоко внутри осталось.

Час, второй, время тянулось резиной, наконец, из «Феррета» высунулся по пояс капитан Каррахан и снова замахал рукой.