— Если, милорды, у вас есть обвинения, которые вы готовы выдвинуть против меня, действуйте! Если нет, то отпустите, потому что вы арестовали меня незаконно. — Потом Скай обратилась прямо к канцлеру:

— Лорд Сесил, вы нанесли мне оскорбление, заставив прийти сюда. Я больше не появлюсь перед вами, пока вы официально не обвините меня. Я не приду также, если среди присутствующих будет находиться лорд Дадли. Вам не следует спрашивать меня, почему, вы и сами это прекрасно знаете. — Она встала со стула и направилась к выходу.

— Остановите ее! — закричал лорд Дадли стражникам.

Скай повернулась необыкновенно грациозно, несмотря на свою полноту, — голубые глаза пылали презрением. Как бы защищая ребенка, она положила руки на живот:

— Я ношу в себе наследника Мак-Уилльяма. Стоит неосторожным рукам повредить ему, и даже мои мольбы не погасят огонь, который разгорится в Ирландии. Если королева хочет войны с моим народом, мы с радостью удовлетворим ее желание! — И она снова двинулась к выходу.

— Почему вы не остановите эту ирландскую суку?! — завопил лорд Дадли. — Кому будет дело до того, если ее щенок запутается в собственной пуповине?

— Милорд, — заметил Сесил, — вы присутствуете здесь, потому что так пожелала королева, а я — верный слуга ее величества. Тем не менее я буду просить ее изменить решение. Я согласен с леди Бурк. Вы ведете себя оскорбительно. Джентльмены, вы свободны. Соберемся в этот же час завтра и попробуем еще раз допросить графиню Линмутскую.

Но допрос не состоялся. Выйдя из комнаты, Скай почувствовала первые родовые схватки. Сжав зубы и превозмогая боль, она шла за охранниками по темным коридорам. На лестнице, ведущей в башню, она чуть не потеряла сознание и с усилием заставляла себя переставлять ноги по ступеням. Почти уже у дверей она застонала и опустилась на каменный пол.

Пораженный капитан обернулся и, сбежав вниз, подал ей руку. Он подвел ее к входу, двери распахнулись, и Эйбхлин с Дейзи приняли Скай у стражника.

— Вам что-нибудь требуется? — обеспокоенно спросил капитан.

— Нет, — ободряюще улыбнулась монахиня молодому человеку. — Спасибо, ничего, капитан. У нас есть все, что необходимо. Но все-таки сообщите коменданту, что у леди Бурк начались преждевременные роды. — Она понизила голос и прошептала, но Скай и Дейзи ее отлично расслышали:

— Надеюсь, мы сохраним и ребенка, и мать. Вся эта чушь с арестом так подействовала на сестру. А каковы обвинения, капитан? Их просто нет! Спасибо вам за помощь! Вы добрый христианин. — И она плотно закрыла дверь перед носом у стражника.

— Ах, Эйбхлин! — рассмеялась между схватками Скай. — Ты самая безбожная монашка, каких я только видела! Как ты напугала этого симпатичного капитана. Наверняка он всю дорогу бежал к сэру Джону и теперь рассказывает, что я на смертном одре.

— Хорошо! Пусть почувствует свою вину, — ворчала Эйбхлин, помогая Скай раздеваться. — Чего хотел Сесил?

— Чтобы я покаялась в пиратстве. Как я и думала. У них нет доказательств. — Волна боли нахлынула на нее, Скай дернулась. Внезапно потоки вод хлынули на подол. — Эйбхлин! Мне кажется, роды начались!

— Дейзи, быстрей! Ставь стол у камина! — Служанка принялась изо всех сил толкать длинный дубовый стол.

— Эйбхлин, помоги ей, я могу стоять одна!

Вдвоем женщины поставили тяжелый стол у пылающего огня. Дейзи сбегала наверх в спальню Скай и принесла оттуда пуховые подушки, матрас и простыню. Все это монахиня положила на стол.