— На первый взгляд, кодовая панель работает, во всяком случае, питание на нее подано, — послышался в динамиках голос Лены.

— Еще бы знать, как ее открыть… могли бы и сразу подумать. Снежка, я знаю, что у тебя в заначке есть масса ненужной информации, сумеешь отыскать технический код доступа для транспорта серии Т2 этого года выпуска?

— Попытаюсь. Думаешь, поможет?

— Я не знала еще ни одного капитана, приказавшего сменить заводские коды, — тут же отозвалась Катя. — Хотя это и положено по инструкции.

— А зачем их вообще менять? — поинтересовалась Леночка. — Есть код, и ладно.

— Из соображений безопасности, — пояснила Шелест. — То есть, чтобы тот, кому не положено, не смог проникнуть на корабль. Идея в целом, может, и благая, но в этом конкретном случае — бредовая. Экипаж пользуется персональными кодами, праздношатающихся туристов в вакууме нет, пираты попросту вскроют броню, а спасателям, в случае чего, лишняя головная боль. Вот никто и не меняет предустановленный код.

— 647164.

— Проверяю… отказ в доступе.

— 647298.

— Их сколько там? Этот тоже отказ.

— Двадцать вариантов. 647317.

Подошел двенадцатый по счету набор цифр. На панели доступа загорелся желтый огонек, свидетельствующий о том, что идет освобождение шлюза от атмосферы, затем сигнал сменился зеленым, и створка люка со скрежетом начала подниматься.

— Все в порядке. Снежка, уводи «Маргаритку». В любом случае жди сигнала через четыре часа. Думаю, быстрее не управимся.

Дождавшись, пока люк закроется, Снежана деактивировала гравизахваты, и штурмовик начал медленно отдаляться от мертвого корабля. Когда дистанция достигла условленных полутора сотен метров, девушка на несколько мгновений переключила вектор тяги импеллеров, выровняла скорость «Маргаритки» относительно грузовика и отключила двигатели. Теперь оставалось только ждать.

Постепенно напряжение последних часов спадало — и одновременно пришла апатия. Выспаться так и не удалось, к тому же желудок настойчиво напоминал о необходимости слегка подкрепиться. Пришлось отправиться на кухню (в теории, это место должно было называться камбузом, но никто, кроме капитана, нежной привязанности к флотским терминам не испытывал). Нарезав себе тарелку бутербродов и налив кружку кофе, Снежана вернулась в рубку, настраиваясь на долгую вахту.

Спустя мгновение кружка покатилась по полу, в коричневую лужу смачно плюхнулись бутерброды.

Экран штурмовика был пуст. «Черный призрак» бесследно исчез.

Люк захлопнулся, тут же зашипел подаваемый в шлюзовую камеру воздух. Вне всякого сомнения, корабль был мертв уже более двух веков, но часть автоматики все еще исправно функционировала. Потянулись минуты ожидания.

— Как думаешь, почему они не подали сигнал бедствия»

Катя пожала плечами:

— Мало ли… может, экипаж погиб сразу. Но, вообще говоря, система дальней связи у подобных судов располагается довольно близко к маршевому двигателю. Метеорит вполне мог угробить и ГР-передатчик.

— Метеорит?

— Без сомнения. Я достаточно видела подобных пробоин. Следы от ракетного удара были бы иными.

— Но ведь часть брони выворочена наружу, — Леночка явно желала полной ясности. — Разве это не от внутреннего взрыва?

— От него, — не стала спорить Катя.