— Жалеешь? — спросила коротко, но за одним словом столько всего крылось, что он и так все понял.

— С тобой — нет, — ответил он, посмотрев на меня долго и внимательно, и я благодарно прислонилась к нему щекой, потерлась о его плечо, спохватившись уже после и решив, что такая нежная ласка для Оли Сергеевой характерна, а вот для Оливии Лански — нет.

И, спохватившись, спросила:

— Предлагали что-нибудь интересное? — отлично понимая, что если действительно знакомые близкие, то не упустили бы наверняка случая поговорить о делах.

— Предлагали. Но вы же знаете, мисс Лански, я легальным шоу-бизнесом занимаюсь и являюсь честным налогоплательщиком…

Да, знаю, знаю…

А потом он рассказывал тихо, предварительно оглядевшись и убедившись, что нас никто не подслушает, а я только удивлялась, сколько русских бандитов в Европе осело, и не просто осело, а действует весьма активно — правда, бандитствуют и криминалом промышляют далеко не все: кто-то давно нечестно нажитые в России капиталы легализовал и официально занимается чистым бизнесом. Бандитствуют в Германии в основном, в Чехии и Венгрии: угоны машин, рэкет бывших советских граждан и прочие дела. В Испании деньги в гостиницы и рестораны вкладывают, в туристические комплексы. В Италии, Швейцарии и других странах — чистый бизнес, как правило, а уж в Англии особенно. Хотя при всем том поставкой в Европу наших проституток под видом танцовщиц занимаются во всех странах: дико выгодный бизнес, по деньгам на третьем месте после наркотиков и оружия, только риска никакого.

Но проблем, по словам Корейца, у наших там тоже хватает: как поднялась волна в Америке после процесса над Япончиком, так по всей Европе прокатилась. На кого-то наши менты телеги на Запад шлют — сами взять не смогли, так хоть чужими руками засадить. Кого-то конкуренты по легальному бизнесу компрометируют: не нравится им, что русские у них хлеб отнимают. Согнали с насиженных мест и засадили в тюрьмы разных стран русских уже достаточно: раз борьба с русской мафией объявлена, надо же деньги государства отрабатывать и свалившиеся на спецслужбы блага. Так что, хотя живет братва в Европе и неплохо, порой ей несладко приходится. Но проблемы эти не останавливают никого — и дикая орда русского криминала, обрушившаяся на Европу, продолжает расти и набирать силу. И хрен ее чем остановишь — стихийное бедствие. Этакое цунами — и хоть дамбы строй в виде суровых паспортных режимов, это будет все равно что снежки в ад кидать с целью охладить его немного.

А потом подумала, что удивляться, собственно, нечему. В Америке-то нашего криминала, наверное, не меньше, чем во всей Европе. Вспомнила, как читала в какой-то газете типа “Лос-Анджелес таймс”, что в Америке обитает чуть ли не триста советских воров в законе — это, конечно, перебор, цифра явно завышена на несколько порядков, но отечественные мафиози в доблестных США дела творят дай бог. Тут тебе и многомиллионные бензиновые махинации, и аферы с поддельными кредитками, и чего только нет…

Так что тот новый фильм, который я задумала чисто теоретически, о настоящей русской мафии в Штатах, с кровью, насилием и грязью (опять же теоретически, тут такое кино не любят, но возьми, к примеру, “Прирожденных убийц”, где крови море, или “Бешеных псов” того же Тарантино, да и других картин такого рода множество), он точно здесь по вкусу придется. И решила сразу по возвращении, прямо на следующий день, встретиться с Мартеном.